Монолог о школе, сексуальном самовоспитании и футболе

Сестра отправилась куда-то с друзьями на все праздники. Мама демонстрации игнорировала, поэтому она, Тимурчик и два наших кота были дома. Я позавтракала, без напоминания и уговоров пропылесосила, вытерла пыль и помыла пол. Убираться я не любила и обычно оттягивала момент уборки до последнего китайского предупреждения грозным голосом, но сегодня для меня уборка была хоть каким-то средством скоротать время до пяти.

Но еще и двенадцати не было, как я все закончила. Время тянулось, как жеванная жвачка, и снова надо было придумывать, чем его заполнить.

В час вернулся с демонстрации папа и лег отдохнуть. Чтобы не мешать ему, я взяла книгу, Тимурчика и пошла во двор загорать.

Несколько слов про наш дом. Он у нас был старый, деревянный, двухэтажный – можно даже сказать, трехэтажный, если считать чердак. Вокруг дома достаточно широкий двор. Под окнами цветы и кормушка для птиц – наших постоянных-переменных приживал. За домом небольшой сад-огород: ягодные кусты, грядочки с овощами и зеленью, две яблони и слива.

В теплую погоду я выпрыгивала в купальнике прямо в окно и устраивалась в удобном кресле от старой папиной машины, которое он поставил во дворе для отдыха. Кресло достаточно хорошо сохранилось, и в нем удобно было загорать, дремать и даже готовиться к урокам – совмещать приятное с полезным.

Я читала, пока мама не позвала обедать. Тут я поняла, что есть я не хочу совсем. А еще – не знаю, что мне надеть на встречу, и понятия не имею, о чем говорить с Мишкой и как себя вести. В три часа мама собралась, как обычно, погулять с Тимурчиком, и я пошла с ней.

Погуляли, поговорили о чем-то, прошло еще полчаса.

Когда мы подходили к дому, прибыла электричка из города. В конце улицы появилось несколько человек, идущих со станции. Среди них я разглядела Мишку. Он был еще довольно далеко, и я надеялась, что мама его не заметит. Мне бы этого не хотелось. Она не заметила.

Мы вернулись. До встречи оставалось полтора часа. Наверно, он успеет дойти домой, поесть и переодеться. А после этого пойдет ко мне.

Только бы не зашел сейчас. Я стояла у окна за занавеской, когда он, не взглянув в мою сторону, прошел мимо. В другой раз я бы разозлилась, но не сейчас. Никто ничего не должен знать. И он не должен выдать себя раньше времени.

Последний час тянулся особенно мучительно. Я все-таки немного поела – затолкала в себя второе и потом долго пила несладкий чай с черным хлебом. Наконец-то последний час истек, и я сообщила маме, что скоро пойду гулять с ребятами.