Скрипач. Русское каприччио

Возможно, поэтому юная королева района при первом же удобном случае с удовольствием отдалась заезжему фотографу, который странствовал по просторам свободной Украины не столько в поисках натуры, сколько в стремлении на халяву удовлетворять свои мужские потребности.

Став женщиной, Ася обнаружила в себе прямо-таки неуемное сладострастие, что позволило ей меньше чем за год осчастливить чуть ли не всех местных воздыхателей. Она уже стала выходить на городской уровень, зачастив в центровые клубы, когда судьба преподнесла ей неприятный сюрприз.

Людская молва не смогла пройти мимо ее сексуальных похождений, в результате чего мама с братом посадили ее под домашний арест.

Не прошло и трех дней, как вольнолюбивая Ася, собрав, пока все были на работе, рюкзачок, отправилась на вокзал, где за пару минут повергла в любовный трепет проводника поезда «Запорожье – Москва». Вскоре она уже слушала стук колес в служебном купе, где пускающий слюни пятидесятилетний дядька с усами рассказывал ей за бутылкой «Крымского» о неудавшейся семейной жизни.

Ася притворялась, что внимательно слушает, прикидывая, за какую именно часть ее тела сластолюбивый рассказчик схватится первым делом.

Впрочем, ее это особо не напрягало, главное было благополучно добраться до Москвы, куда стремились многие ее запорожские подруги. Там, без сомнений, ее ждал грандиозный успех в качестве лучшей столичной фотомодели. Ася даже придумала себе сценический псевдоним: Асоль. Хоть Грина она и не читала, но старое кино по телевизору смотреть любила.

***

Скрипач нерешительно нажал кнопку вызова в домофоне.

– Слушаю, – раздался знакомый голос в динамике.

– Это я.

– Кто я?

– Уже не узнаешь бывшего мужа?

Пауза зашелестела тихими скрипами в динамике.

– Открываю. Этаж, надеюсь, помнишь?

Открыв дверь, она отступила, приглашая его войти. Квартира встретила знакомыми запахами, которые мгновенно вернули его в прошлое. Он присел на диван, который они вместе с женой купили с чудовищной, как позже выяснилось, переплатой.

Огляделся: все на местах, включая югославскую стенку. Из этой квартиры он уходил, точнее, уползал целую вечность назад. Тогда она смотрела ему вслед со слезами на глазах, но остановить не пыталась – после нескольких лет мучений окончательное решение уже приняла.

Скрипач хотел закурить, и даже достал пачку из кармана, но потом вспомнил, что бывшая жена всегда выгоняла его с сигаретой на улицу.