Моя тюрчанка

От голода – пустой желудок приклеивается к позвоночнику. Но в подземном лабиринте, конечно, не найти ни крошки, чтобы подкрепить свои силы. Как бы самому не стать обедом для крыс, которые шебаршат в темноте, задевая тебя лысыми хвостами.

Но вот безногий замечает в конце длинного тоннеля тусклый свет. Из груди страдальца вырывается вздох облегчения. Сверх предела напрягая тело и волю, несчастный калека ползет на бледные лучи. Но безногий не знает: льется ли свет с чистого зеленого луга, на который выводят катакомбы, или это мерцает фонарь, вывешенный, как в насмешку, в глухом тупике.

Вот и мы с Ширин не догадаемся: правду ли сказал на сей раз Бахром или нас ждет еще худшее разочарование, чем пустой барак на улице Лиственной?.. Нам остается одно: как безногому, ползти и ползти. Не забывая об ужасной перспективе упереться, в конце концов, в непробиваемую стену.

Так и не доев фрукты, мы переместились из кухни в спальню. Веселье для нас на сегодня закончилось: остаток дня мы будем думать о том, что предстоит нам завтра – как заеденные вшами сидящие в окопах солдатики в канун атаки.

Чтобы хоть как-то развеяться, мы включили на ноутбуке мультфильм про двух пустившихся в плаванье на льдине еще толком не оперившихся пингвинят.

Но напрасно мы надеялись, что напряжение в наших туго натянутых нервах ослабнет. Мы видели на экране совсем не то, что задумывал режиссер. Создатель картины предполагал, судя по всему, что приключения парочки неуклюжих и чуток глуповатых пингвиньих детенышей позабавят зрителей.

Но у нас, при взгляде на бедных птенчиков, дрейфующих на ненадежной льдине по безбрежному океану, сердца обливались кровью. Как если бы мы смотрели лихо закрученный триллер про маньяка, вырезающего своим жертвам сердца и печень, или хроники о лагерях смерти.

Эти милые пингвинята – разве не как мы сами?.. Они могут только предполагать, когда их сожрет пучина. Так и мы не знаем, когда сгинем в водовороте обстоятельств. Пингвинятам угрожают акулы, касатки, морские леопарды.

А нам – миграционная полиция, только и ждущая, когда у моей девочки просрочится виза; аферисты, вроде Бахрома, выворачивающие наизнанку наш кошелек; да и просто обыватели, для которых не нормально, что славянин и тюрчанка любят друг друга. Вот и получается, что мы, как пингвинята на льдине, плывем по враждебному океану несладкой жизни неизвестно куда. И можем только надеяться, что ветер редкостной удачи вынесет нас к спасительному берегу.