8 Бесконечность

Она опять не понимала, что сон, а что реальность, и что вообще это было! Что это за полупрозрачная женщина?!

– Мне кажется, что я схожу с ума. Но постойте! То, что мне сказала женщина из моего сна, – это правда, и головные боли, и все остальное… Блин, что же на самом деле происходит? Что происходит в реальности, а что во сне? – эти мысли ворошили мозг Евы, круша безжалостно былое восприятие мира, и переворачивая ее сознание с ног на голову.

– Что со мной?.

19 ЛЕТ.

Родители Евы уехали в командировку в другой город, оставив свой большой дом под присмотром свой девочки.

Ева росла хорошим ребенком, и родители без опаски ей доверяли. Тем более они хорошо относились к Джону и были не против их общения. Более того, за столь продолжительную их дружбу, родители Евы относились к Джону, уже как к собственному сыну и тоже были в нем уверены.

Ребята готовились к выпускному балу. Еве выбрали шикарное платье, а Джону подобрали светло-серый костюм с галстуком.

Хоть они и жили вместе, на бал Джон приехал за Евой на машине. Ева выбежала из дома в нарядном платье с пышной прической, сверкая туфлями на десятисантиметровых каблуках. Джон был в лакированных туфлях и в своем костюме, галстук у него был приспущен, а рубашка расстегнута на верхнюю пуговицу. Паркуясь возле дома Евы, Джон резким нажатием на тормоз пустил колеса юзом. Из открытых окон, громко раздавалась композиция Aerosmith «CrazY».

До школы они доехали быстро, в машине играл Guns N’ Roses «Don’t Cry».

Бал прошел на одном дыхании. Море веселья, позитива, бесконечные танцы. Это бесценное время, которое будет помниться до последнего вздоха и согревать душу каждый раз, вытягивая воспоминания из закромов человеческого подсознания. Приехав домой, веселясь и хохоча, Ева с Джоном в том же не остывшем танце, вскружились на второй этаж, в спальню и завалились на кровать. Глаза их были томными, руки сплелись между собой и стали напоминать корневища многолетнего дерева, губы их сливались в страстном поцелуе. Ева, лежа на спине, освободив руки от плена, начала расстегивать рубашку Джона. В воздухе запахало высвободившейся энергией. Тяжелое, но в то же время размеренное дыхание заполняло тишину. Слабый свет прикроватной лампы добавлял сказочности в происходящее. Казалось, температура обоих тел, поднялась на полтора градуса. Рубашка улетела прочь, скрывшись за горизонтом постели.