Трофей

Просматриваю ленту Инстаграма, где мама опубликовала очередную порцию фотографий мелкой Таси. Красивая у меня сестричка получилась, хоть и совсем на меня или мать непохожая.

В ленте Дианы пусто почти неделю, а жаль. Кто умеет фотографировать красивую жизнь, так это она. Вечно дорогие рестораны, отели, автомобили. В руках огромные охапки роз, которые физически сложно поднять. В изящных пальцах неизменный бокал шампанского. А еще коробочки с украшениями, духи, баночки с люксовой косметикой. И на фоне дорогого декора ее портрет.

Во весь рост с красиво оттопыренной попкой или грудью. А если близкий, то с пухленькими губками и идеально подведенными глазами.

Главное, что ни на одном фото нет того, кто за весь этот банкет платит. Оно и понятно, такие мужики предпочитают не светиться.

Понимаю, что опять скучаю по своей бедовой сестре, и отправляю ей сообщение с кучей смайликов. Зову к себе в гости на выходных. Она вряд ли приедет к нам с Олей. Скорее всего, опять к себе позовет, но мне все равно.

Посидим, поболтаем, аккуратно узнаю у нее, как лучше с Андреем ее профессию обсудить.

Малодушничаю я сказать ему правду в лоб, что она девочка по вызову.

За всеми этими мыслями не замечаю, как рядом с моей машиной такси равняются несколько внедорожников и нагло оттесняют нас к обочине. Поднимаю глаза на тонированных монстров и пытаюсь понять, в чем дело. Водитель тоже в шоке вертит головой и нервно выворачивает руль, тем самым провоцируя столкновение. Скорость у нас была уже небольшая, так что удар хоть и ощутимый, но не травмирующий.

Я поздно хватаюсь за ремень безопасности и отъезжаю к другому боку машины.

Жмурюсь и упираюсь ладонями в сиденье водителя, когда он нажимает на тормоз и начинает материться. В груди бешено бьется сердце.

Осматриваюсь по сторонам и с ужасом понимаю, что нас окружили. Проезжающие мимо этой колонны внедорожников машины нашу мелкую поло даже не рассмотрят. Вжимаюсь в сиденье и оглушено осматриваюсь, вздрагиваю, когда открываются двери внедорожников и оттуда вываливаются мужчины.

Больше всего эта небольшая толпа напоминает мне сейчас охрану кого-то важного. Неужели водитель какого-то чинушу подрезал?

Боже, во что я сейчас вляпалась?

– Выходите, Катерина Антоновна, – один здоровенный лоб открыл мою дверь и навис сверху, – с вами хотят поговорить.

– Кто? – шокировано таращусь на него и только сильнее отодвигаюсь внутрь машины. То, что человек назвал меня по имени и отчеству, пугает еще сильнее.