Трофей

 – Вы меня с кем-то перепутали.

– Нет, Катерина, я бы не спутал тебя ни с кем, – все тем же ровным и холодным голосом выдал он.

– Боже, – вырвалось из меня помимо мой воли.

Этот человек знает меня, никакой ошибки нет. Только что ему может быть нужно от обычной студентки, у которой ни богатых родителей, ни приличного счета в банке. Все мое добро – это раздолбанная колымага, что все еще торчит на СТО. Даже квартира и та съемная.

– Он тебе точно не поможет, Катя, – мужчина расслабленно вытащил из кармана пачку сигарет и зажигалку, – а вот я помогу, если будешь хорошей девочкой.

– Хорошей девочкой? Поможете? – отваживаюсь посмотреть ему в глаза прямо. – Мне не нужна никакая помощь, у меня и так все отлично.

– Судя по тому, как ты живешь, я бы так не сказал, – он щелкнул зажигалкой и поднес огонек к зажатой в губах сигарете. Вдохнул основательно и нажал на кнопку опускания стекла на двери. – Ты молоденькая, умная девочка. Тебе же двадцать два уже? – он кивнул сам себе и вместе со словами выдохнул дым.

Салон сразу заполнил запах крепких сигарет. Инстинктивно скривилась, потому что никогда не любила его. – Так вот, жизнь проходит, Кать. А ты барахтаешься на дне и ничего хорошего не видишь. Не надоело?

– Меня все устраивает, – сжимаю кулаки, и ногти буквально врезаются в ладони. Мне эти сладкие речи совсем не нравятся. Я же не дура и понимаю, что помощь просто так никто не предлагает. Ему точно что-то нужно. И не мелочь, иначе вот таким кортежем бы не подъехал.

 – Кто вы?

– Довлацкий Александр Максимович, – губы самодовольно искривились, а у меня вся краска от лица отлила.

Я это имя слышала пару раз. О нем говорили Аверин и Матвей. Человек, который может устроить им кучу неприятностей. И вот теперь я в его машине. Божечки, что он хочет от меня?

– Вот видишь и ты со мной знакома, – продолжил он вкрадчиво, – хоть и заочно.

– Что вам нужно? – спросила почти шёпотом и опустила глаза на свои колени, потому что смотреть на него сил больше не было.

Довлацкий давил собой, как каток, он просто ехал и размазывал тебя без какой-либо жалости.

– Ты достанешь для меня документы.

– Нет, – я замотала головой.

– Да, Кать, и советую не упрямиться, – ответил он. Его и так жесткий голос начал отдавать металлическими нотками.

– Я не буду делать ничего противозаконного, – сжимаю челюсть и поднимаю на него глаза, – Знаю, что у вас какие-то проблемы с Авериным и Левашовым, но меня все это не касается.