Дорогой скорби: падение, огонь и покаяние

– Да, скорее всего, – слегка улыбнулся Азариэль и потянулся к чёрной рукояти прекрасного клинка и сделал шаг вперёд. – Если это так, то мы очистим мир от преступных тварей.

Следуя за примером напарника, Марат бесшумно вынул рапиру и пошёл по пути в лес, мягко ступая на землю, приготовившись к неожиданной атаке.

Всё внезапно стихло, словно после оглушительного взрыва. Стало очень тихо, причём настолько, что можно было услышать собственное дыхание.

Азариэль всмотрелся вперёд, но девушки не увидел, но его глаз уловил пляшущие среди деревьев тени, словно они, переливаясь с мраком, прятались за небольшим леском и готовились нанести незримый удар.

Всё это отчётливо походит на засаду, но довольно странную. Тени из сумрака не спешили атаковать, они, словно выжидали некого момента, что послужит для них сигналом к нападению.

Обстановка продолжает накаляться. Азариэль вынул свой клинок и приготовился к обороне, продолжая следить за движением теней.

Сзади наступали явно не имперские легионеры и не профессиональные налётчики. Некий сброд, облачённый в лохмотья и рваньё, держа в руках самое примитивное оружие в виде вил, лёгких самодельных ножей и ржавых мечей, продолжал стягивать круг от побережья.

В эту же секунду из мрака выступили тени, явив себя на лунный свет, который скинул плащ сумрака с трёх человек. Один облачился в тканевые одеяния Гильдии Магов, выкрашенных в синий цвет, в его руках сжимаются огненные сферы. Второй явно старый отставной легионер с Морровинда, ибо носит старые доспехи легиона, а в ладонях сверкают два имперских меча. Ну а третий явно играл роль огромного верзилы. Это высокий лысый человек, в крепкой броне и с огромным оружием, веющим электрическим гулом, в глазах Азариэля выглядевший как типичный нордлинг.

Эти бойцы выглядят сильнее всего того сброда, что заходило со стороны побережья. В них виднеется недюжинный опыт, сила и умение обращаться с собственным оружием. Альтмер по походке, обхвату оружия и взгляду увидел в них профессиональных бойцов, а не дилетантов военного дела.

Ситуация становится сложная.