Дорогой скорби: крушение Ордена

Матушка и отец работали в таверне, а меня отдали обучаться, потому что я магией владела.

– То есть ты маг?

– Нет, – сохраняя странную мало ощутимую дрожь, говорит девушка. – Я только учусь, хотя мне это помогло попасть в Орден.

– И что же ты делала у него?

– Всякое разное. Приготовление простейших микстур, несложное колдовство и уход.

– За кем?

– У него был такой хороший пушистый зверёк. Он его звал маленьким злокрысом и говорил, что на севере они больше бывают.

– Ох, – удивился юноша.

 – Кстати, раз мы в одном Ордене, скажешь, чем увлекаешься? Что тебя интересовало до… Ордена?

– Ну… как сказать…

– Говори, как есть, я тебя пойму.

– Я очень любила книги про Маннимарко, но ты не пойми меня не правильно. Я не поддерживаю его речей и мнения.

– Я тебя понял. Тебе просто нравится искусство некромантии.

– Да, что-то из подобной темы, но я не практикую подобного.

– Может быть, мы с тобой Лира ещё поговорим об этом. В более подходящей обстановке.

– Правда? – прозвучала удивлённая радость.

– Азариэль, – вмешалась Аквила. – Тише, а то мы скоро подойдём.

– То п-подруга? – трепетно вопросила Лира. – Или…

– Хорошая подруга, – успокоил девушку Азариэль.

Приближение к Горячим Кузням ознаменовал плотный запах раскалённой добела стали и аромат горящих углей в кузнях и плавильнях. И через некоторое время они подошли к прекрасной постройке бледно-зеленоватого оттенка.

Уши Азариэля поймали звон ударов молотов и отзвуки наковален, превращавшихся в единую кузнечную мелодию.

Туриил приложившись плечом, отворил массивную чугунную дверь, и всех обдала густая волна запаха пота и металла, вкупе с неимоверным жаром, ударившим напористым потоком в лицо, словно это проход в план «Мёртвые Земли». Многие от того неожиданного сочетания даже поморщились, но всё же пошли за рыцарем в арсенальные «печи».

Первый этаж оказался вытянутым широким помещением, с полом выложенным плитами камня, где очень мало наковален и печей.

Вместо них на стенах, облицованным белоснежным мрамором на полках и витринах висит оружие. Взгляд Азариэля приковали ряды ятаганов и мечей, скиммитаров и топоров, причудливых копий и алебард, которые слабо мерцали в десятках оттенков цветов. Кузнечная магия вкупе с зачарованием колдунов окутывает достижение мастеров еле зримой аурой.

Азариэль вместе со всеми заглянул в пластины доспехов и щитов.