Во имя порядка. Кузница судеб

Кивнув, Маттоми разворачивается и уплетает в сторону небольшого постоялого двора.

– Наверное его и построили, чтобы содержать таких бедолаг как мы, – показав на приземистое строение, с соломенной крышей, с улыбкой произнёс Маттоми.

– Не знаю-с, – прошипел арп, – мне бы в моё-с логово. Тёплая влажная пещера-с с родичами куда лучше этого.

– Да ладно. Пойдём… напьёмся, – толкнул Шэхкаца парень. – И как ты так научился говорить по-нашему? То помню, как месяц тому назад ты что-то невнятно лепетал, а сейчас прям полиглот.

Любого килейца заткнёшь.

Арп ничего не ответил. Они спокойно и в тишине стали идти к продолговатому длинному зданию с маленькими кривыми окошками, от которого тянет алкоголем. Толкнув дощаную дверь пара оказалась в тёмном, томном помещении, сильно задымлённом и пропитанным ароматом алкоголя и жаренного мяса. За покосившимися столиками сидит всего пара человек, кто-то припал губами к трубке, кто-то допивает пиво. Местный бард забился в углу и предался сну, прижавшись к лютне.

Спустившись по паре ступеней, они оказались у барной стойки, где кружку натирает полная женщина, поверх платья которой повис засаленный серый фартук.

– Чего вы хотели, достопочтенный путник и…

– Не нужно его обзывать, – присаживаясь, оборвал её Маттоми, став строго требовать. – Я знаю, что вы хотите назвать его тварью или уродом. Но не нужно этого делать.

– Хорошо, как пожелаете. Так что вы хотите? Есть, пить или вам нужна постель?

– Пока что мы остановимся на двух кружках самого лучшего вина.

Две пинты, и не скупитесь на количество и качество! – хлопнув в ладоши, воскликнул Маттоми и швырнул монеты; на барной стойке сверкнуло серебро, раздался приятный уху звон.

– Вы щедры, господин, – сгребая три лиры, широко улыбнулась хозяйка и отправилась в погреб.

– Конечно! Это же не ваши медные пенни[1 - Пенни – валюта Баронства, равная 0,4 эндеральского медяка.]!

Присел и арп на стул. Из сморщенных ноздрей носа, что словно вплюснут в лицо раздался тяжёлый вздох. Он понимает, что лишь толстая мантия защищает его от насмешек, оскорблений или даже агрессии окружающих.

– Нас всё так же ненавидят-с, – с грустью в хриплом сипливом голосе обозначил факт арп. – Мои сородичи-с вынуждены-с гнуть-с спины в шахтах за еду-с и воду. Нас гонят, не дают жить в гордах-с, отводят-с места в пещерах-с. А вчера отказали в покупке хлеба-с мне.

– Ты же понимаешь, что эндеральцы во многом консервативные люди. Все эти изменения для них очень… болезненны.