Во имя порядка: у истоков Союза

Отчаянно сопротивляясь они становятся плечом к плечу, лик и глаза каждого отражают холод и суровость, готовность умереть. И на траве, чёрной от сажи и крови, сошлась малая линия, блещущая светом и тёмные полчища.

Из покрова ночи и рядов противника словно рыцарь бездны явился командир чёрного воинства. Он ворвался в гущу сражения и тут же враг попятился от него. Он опустил руку и из пустой длани вырвался жуткий поток тёмно-фиолетовой ужасной энергии, пожравший целую дюжину хранителей. Развернувшись влево, он крестообразно развёл руки и опустил их, вместе с призванным прутом молнии, выжегшим троих наёмников.

В руках Сарагон’Ашара оказались два оружия – булава крушит кости с левой руки и длинный прямой меч, рассекающий сталь и плоть. Он прорвался через ряд воинов, разметав их сильнейшими ударами, от которых защитники подкашивались и разлетались. Обагрив сталь кровь, он выкрутился и со всей силы всадил шипы моргенштерна в грудь наёмника и резко вырвал их. Его доспех заляпан кровью и копотью, немногие островки чистоты отражают полыхающие огни и россыпь звёзд.

Воины попятились прочь от него, ибо пред аурой ужаса почти никто не может устоять. Он пускает и вздымает клинок, марая его в противном багрянце, выкрикивает проклятья, от которых у защитников стынет кровь:

– За железный порядок! – призвал он своих соратников. – Зальём кровью отступников земли Эндерала!

Арпы и приспешники набросились с удвоенной силой, но столкнулись о топоры и мечи хранителей, захлебнувшись в атаке.

Попадали многочисленные тела, а немногие лучники среди защитников обрушили на наступающих град стрел.

– За Эндерал! – прокричал командир гарнизона, выделявшийся шлемом с алыми перьями и вздев двуручный меч бросился в атаку. – Поглоти тебя солнечный огонь!

Железный владыка не более чем усмехнулся этому и гордо пошёл вперёд. Меч лязгнул о клинок Сарагон’Ашара и отведённый не представлял угрозы… молниеносный выпад булавы в пах, и воин невольно согнулся, прокричав. А затем… сокрушительный удар кулаком, сжимающим булаву в голову, опрокинул воина на траву.

Короткий бой, но за его время нападавшие попросту задавили массой защитников, вмяв их в землю. Огонь осветил поле боя – покров ночи пытается спрятать тела хранителей и наёмников, навечно упокоенных в потемневшей траве, над крепостью развивается ныне новое знамя – чёрного цвета око с шестью шипами на фоне бардового полотна.

– Ах-х т-ты урод! – со сверкавшей на губах кровью вышли слова.