Во имя порядка: на заре новой эры

– То есть ты, грязный беззаконник, хочешь сказать, что какой-то уникум сократил почти под нуль всю популяцию бандитов и животных? – спрашиваю я.

– Да.

– Так, – я обнажаю меч, потряхивая им, – нам нужен не твой главарь, а Конан «Жестокий». Вроде так зовут того, кто заправляет всем?

– Откуда ты слыхал о нём?

– Ещё год назад я допросил лично двух преступников в Речном, чтобы они поведали нам о сети банд у Речного. Жалко, Арантеаль тогда носился с… неважно. Где он?

– Ступайте за мной, – прокряхтел и поднялся преступник.

Спрятав меч в ножны, мы двинулись по зелёной траве прямо под сени деревьев. И всё же тут прекрасно – на ветвях поют птицы, светило не палящее и в меру поливает теплом Солнечный берег, ветер же лёгок и освежающий, а растительность – пышет жизнью и насыщенная красками. Как бы хотел переселиться сюда и провести остаток дней, как бы я хотел покоя и тишины с семьёй. Но меня сейчас волнует долг и его выполнение.

Вскоре, мы пришли к горным склонам, где за травой и кустарниками скрыт тайный вход и продравшись за «стену» мелких колючих веток и листьев я с товарищами оказываюсь в сырой пещере, наш проводник машет рукой, зазывая.

Исаил приготовил посох, на конце деревяшки уже загорается стрекочущее пламя, а мои братья-воины обнажили клинки, что делаю и я. Страшно ли мне? Да, от неизвестности меня берёт тревога. Мы подошли к какой-то массивной двери, сколоченной из нескольких досок. Ритмичный стук кулаком принес плоды – нам открыли дверь и тут же на нас уставились наконечники стрел.

– Ронан, какого чёрного стража!

– Они ищут Конана. Пришли с ним о деле молвить.

– Что, какого? А ладно… нас всё равно больше, – я посмотрел на говорящего бандита, который нацепил лохмотья под низ ржавой кольчуги. – Слыш, вы только не буяньте тут, а то ребята вас всех положат.

Мы молчаливо соглашаемся и проходим дальше, встретившись с целым тайным поселением. «Ветвями» от центрального хода простираются в глубину множество проходов, в которых ютятся бандиты, расположены склады, кухни и арсеналы.

Тут и там мне попадаются на глаза люди – высокие и низкие, смуглые и белые, молодые и старые, мужчины и женщины – все они носят старую выцветшую одежду и простенькую броню в виде кожаного панциря или лёгких кольчужных «рубах».

– Откуда тут столько людей? – спросил один из братьев, и я отвечаю:

– Обедневшие жители, беженцы, те, кто бежал из разрушенных поселений, стражники-дезертиры.