Ведьмы. Салем, 1692

На следующий вечер после того, как она вывесила свою благодарственную записку, Элизабет Проктер подняла служанку с кровати и сообщила ей, что является ведьмой – вообще салемские ведьмы были склонны представляться официально, по всей форме, сразу же презентуя все свои профессиональные достижения[39 - Святые, являвшиеся Жанне д’Арк, тоже обстоятельно представлялись и рассказывали о себе.], – о чем, честно говоря, Мэри могла бы и сама догадаться, потому что хозяйка слишком много читала. У Элизабет имелось несколько книг, одну из которых она всегда носила с собой в кармане.

Сюда же Мэри приплела и Джайлса Кори, одежду которого сумела описать в деталях, совершенно поразив этим ведущих допрос мужчин. Кори сводил с ней счеты по вполне приземленной причине: она не так давно посоветовала своему господину поднять цену на луг, который Кори надеялся купить. Она описала такую же спорную сделку с темными силами 21 апреля. Отвергая подсказки допрашивавших, она все же признала, что подписала некий зловещий фолиант, который ей подсунули ее хозяева, поившие ее за своим столом сидром. От ее пальца на книге осталась странная черная клякса. Понадобилось три дня, чтобы вытащить из нее эту информацию: Мэри плакала, что ее «порвут в клочья», если она выдаст тайну. Проктер действительно третировал девушку наедине, хотя если он и угрожал сжечь ее, утопить или протащить сквозь изгородь, как она утверждала, то вряд ли делал это из магических побуждений. Он явно полагался на ее благоразумие. Он признался ей, что жена доводит его до белого каления. Эти его откровения, эта близость давили на девушку. Кроме того, у Мэри в душе жил еще один страх. Она поддалась на требование Проктера подписать книгу, потому что он сказал, что иначе не будет спасать ее при следующем припадке, если она упадет в огонь или воду. Здесь она слово в слово цитировала Пэрриса, когда он советовал, как родителям следует подталкивать детей к опасностям и сразу спасать, чтобы таким образом их обучать.

Вторая подозреваемая Хэторна стала настоящим подарком небес.

Четырнадцатилетняя Абигейл Хоббс, известная на всю округу разбитная девица из соседнего Топсфилда, жила прямо на границе с деревней. Подросток с самым непуританским детством в пуританском обществе, она весело проводила ночи в лесу и дразнила свою мачеху, доводя ее до отчаяния. Несколько недель назад подружка стала упрекать пришедшую в гости Абигейл за грубость. У нее что, вообще нет стыда? Хоббс велела ей придержать язык, а то она устроит скандал.