Жить в мире глухих

– Я о том, что было утром. Просто мне тяжело смотреть на это. Я не верю, что это твоя мама, понимаешь?

– Папа…

– Меня не было, когда это случилось. И до того я тоже был далеко. И узнал я об этом только со второго звонка, потому что не хотел брать трубку уставший после работы. Я чувствую свою вину. Она сильно расклеилась в последнее время, сильнее, чем я. Я пытался лишь забыть все, уехал от вас, как будто вычеркнул прошлую жизнь. Но зачем? К чему это привело? – после этих слов у него начали наворачиваться слезы, – Я просто пытаюсь сказать, что я не хотел видеть прямо перед собой напоминание о том, что я все испортил.

И за свой эгоизм и трусость я прошу прощения.

– Ты не трус, – пытался собраться с мыслями я, – никто в этом не виноват. Ни ты, ни я. Просто это случилось. И нам надо как-то пытаться продолжать жить, придумать новый смысл. И она подарила нам цель, пусть и краткосрочную, но четкую и выполнимую. Мы исполним ее мечту, и она побывает в Нью-Йорке, где мы и развеем ее прах.

– Ты так вырос, – сказал он, подкуривая сигарету, – не могу поверить, что теперь ты утешаешь меня.

– Иногда полезно ненадолго поменяться ролями, -ответил я.

– Ключевое слово – ненадолго, – с улыбкой возразил он, заводя машину.

Глава 6

«Сон»

Мы остановились в мотеле в нескольких часах езды от кратера, пересёкши границу штата Миссиссиппи. То ли от врожденной жадности, то ли после нашего душераздирающего разговора, отец взял нам одну на двоих комнату с большой двуспальной кроватью.

Мы оба пережили нелегкий день, и ноги до сих пор гудели от нескольких часов ходьбы по мелким камням, поэтому долго пытаться уснуть не пришлось. Более того, отец уснул на кресле, подарив мне целую ночь в комфортном одиночестве.

Поставив урну на тумбу рядом с собой, я расстелил кровать и запрыгнул под одеяло.

Я шел по улице, но не видел куда. Знаете, как в видеоиграх, ты видишь только то, что помещается в экран, а дальше неизвестность, последовательность кодов, которые еще не успели сформироваться в изображение.

Я передвигал ногами и под ними возникала брусчатка. Я просто чувствовал, что надо идти вперед, как будто во всем мире можно было двигаться только в одном единственно верном направлении, которое приведет тебя именно туда, куда нужно.

На тропе возникали пятна, походившие на прожженные круги, которые я оставлял на раме велосипеда.