Доминант

Как и кабинет, как и сам хозяин офиса, ванная комната выглядела строгой и суровой. Зеркало безжалостно отразило лицо, которое я даже не сразу смогла признать своим. Покрасневшие щеки, растрепанные волосы, безумные глаза…

Где же та уверенная в себе женщина, что вошла в кабинет только полчаса назад?

Я привела в порядок волосы и умылась, но растерянный взгляд никуда не делся. Что ж, кажется, над этим я не властна.

Глава 4. Эйвери Эванс

Я вышла, глядя прямо перед собой, стараясь не выдать того жгучего стыда, что сжигал меня изнутри.

Он кивнул и подошел к автомобилю, ничем, кроме цвета, не выделявшемуся среди прочих. Глубокая синева. Совсем как его глаза…

Адам распахнул передо мной дверцу. Надо же, какая галантность по отношению к своей игрушке! Но дерзить я не стала. Послушно опустилась на сиденье и пристегнулась. Когда мы выехали с парковки, я вспомнила, что не задала еще один важный вопрос:

– Но я ведь смогу ходить на работу?

Он ответил, не отрывая взгляда от дороги:

– Нет.

– Но… это невозможно!

– Невозможно… Невозможно на твоей работе получить нужную тебе сумму. Если бы это было не так, тебя бы не было сейчас здесь.

– Но… это важно для меня!

– Послушай, Эйвери. Я знаю, что у тебя за работа. Тусоваться с красавцами моделями и артистами, с политиками и спортсменами. За это я платить не собираюсь.

Больше мы не разговаривали. За окнами потянулся пригород. Я узнала этот район: здесь располагались особняки многих богатых семей. Пару раз я и сама была здесь со своими поклонниками. Но не знала, что один из этих домов принадлежит Каррингтону.

Он свернул на короткую подъездную дорожку, ведущую к массивным кованым воротам. Из будки, спрятанной в густой тени деревьев, выглянул охранник. Он кивнул нам, и ворота загудели, раскрываясь. Мы въехали внутрь, и Каррингтон обернулся ко мне, протягивая заламинированный прямоугольник.

– Это пропуск. Он одноразовый. Ты можешь выйти в любой момент, но обратно тебя уже никто не впустит.

Я вцепилась в карточку, будто она была моим единственным спасением. Но ощущение, что я добровольно иду в логово страшного зверя, никак не уходило.

Подъездная дорожка повернула, огибая заросли густых деревьев, и я впервые увидела особняк. Мне всегда казалось, что Адам должен жить в настоящем замке.