Доминант

Но, к сожалению, только разочаровалась в них. Каждый был рад меня слышать, каждый обещал помощь. Но только до того, как узнавал, сколько именно мне требуется. Не удалось собрать и половины суммы: стоило им услышать о том, сколько денег нужно, как начинались отговорки и предложения позвонить как-нибудь в другой раз.

Наконец список поклонников закончился. Я села на кровать и разрыдалась. Неужели отцу придется отправиться в тюрьму?

И тогда я вспомнила про Адама Каррингтона.

Несколько раз брала в руки злополучную визитку – и откладывала в сторону.

До тех пор, пока не поняла: больше мне звонить некому.

?

Вечером я ехала на встречу к Адаму Каррингтону и лихорадочно вспоминала все, что знала он нем. Богат – для него нужная мне сумма просто капля в море. Не тусовщик – за все время мне только однажды удалось встретить его. А ведь я благодаря работе не пропускала ни одной заметной вечеринки.

Никаких скандалов, связанных с женщинами. Да вообще никаких скандалов! При этом все, у кого я пыталась выведать о нем хоть что-то, замолкали.

Видно, не только я его побаивалась.

Мне казалось, что я сама лезу в пасть к тигру. Причем к голодному тигру.

Он зол на меня, это очевидно. И все же он сразу назначил встречу. Значит, заинтересован. А если так – я договорюсь с ним. Что бы мне ни пришлось предложить взамен.

Но вот передо мной дверь кабинета. Секретарша в безупречном деловом костюме подняла трубку наманикюренными пальчиками, набрала короткий номер внутренней связи.

Я замерла в ожидании, пытаясь скрыть панику. Время словно замедлилось. Каждая деталь обрела глубину, важность… Словно перепуганный мозг пытался оттянуть неизбежное. Но оно все-таки случилось.

Секретарша положила трубку и кивнула мне. Я поднялась и на негнущихся ногах двинулась к кабинету, судорожно пытаясь собрать волю в кулак.

Каррингтон сидел в кресле.

Мое сердце странно дрогнуло.

Нас разделял длинный стол темного дерева, и все-таки мне казалось, что мы слишком близко.

В воздухе витал аромат кофе – хорошего кофе, а не той бурды, которой поят нас в редакции. К этому бодрящему запаху примешивалась еще какая-то нотка. Терпкая, будоражащая, заставляющая сердце стучать еще сильней. Его запах. Точно так же от него пахло тогда, в баре.

Для меня это запах опасности.

– Ну здравствуй, Эйвери…

Он поднялся из кресла и направился ко мне. Шаги пружинящие, неторопливые. Словно у хищника, подбирающегося к жертве.