За каменной стеной

Мало ей, что ли, было в ванной?

Да, нужно было выкинуть Лену из кровати. Однако я словно окаменел и лежал, не двигаясь, пока она жалась ко мне. Ее груди, которые какой-то час назад были у меня в ладонях, теперь прижимались к моей спине. И это ощущалось не менее приятно. Она тёрлась о меня острыми сосками. Горло свело от желания простонать, но я усилием воли глушил звук.

Меня не парализовало, я мог повернуться и все высказать ей в лицо. Только вот не хотел. Как и не хотел отпускать во дворе, когда она целовала меня и льнула.

Ей нужно было немного ласки сегодня. Именно поэтому Лена пришла ко мне снова.

Мне нужно было немного ласки сегодня. Именно поэтому я не двигался и позволял ей целовать себя.

Служба учит обходиться без секса, но она точно не рассказывает, как отказываться от оного, если предлагает красивая дама. Возможно, еще поэтому я продолжал прикидываться спящим.

Ну как вот можно отказать, если она вся такая теплая, манящая, желанная.

Если в саду я нашел ответ на этот вопрос, то сейчас не мог вспомнить. Нет, Лена не была пьяна настолько, чтобы дать первому встречному. Было что-то отчаянное в ее поцелуях. Она нуждалась во мне. Да и я в ней тоже.

Наверное, потому что она русская…

Смахивало на оправдание, но мне его вполне хватит, чтобы не мучиться совестью в процессе и потом.

У меня совсем не было времени спорить с собой, ведь Лена уже гладила меня спереди по животу.

– Не спишь, – констатировала наглая девица.

Мои глаза уже привыкли к темноте, и я мог различить ее бессовестную улыбку.

– Ты шутишь? – рыкнул я, наклоняясь и замирая за миллиметр до ее губ, чтобы предупредить. – Последний шанс убраться из моей постели. Потом будет поздно. Считаю до трех. Один. Два.

– Три, – закончила за меня Лена и сократила расстояние между нашими губами.

Стон вырвался из моего рта, ведь я больше не мог сдерживаться. Ужасный звук, но мне было все равно сейчас. Лене, кажется, тоже.

Я лапал ее, как безумный юнец. Словно никогда до этого не видел женской груди и не лежал на красивой девушке. Моей выдержки хватало, чтобы не наваливаться на нее всем телом и не войти сразу.

Меня спасало ее легкое опьянение. Девушка не жаловалась. Она продолжала целовать меня и трогать. Ее рот и руки были жадными, порывистыми.