За каменной стеной

– Так какого черта мне лететь в Россию? Если Громов знать меня не хочет, то…

– Лиза, – перебил мою истерику Марк.

– Кто?

– Элизабет Торнтон Громова, – назвал он полное имя жены президента.

– И что с ней?

– Вы подруги, кажется.

– Все еще не вижу связи.

– Ох, Лекси, ты у меня такая умница, но в фундаментальной науке нихренашечки не смыслишь.

– В какой фундаментальной? В физике?

Марк захохотал на весь каньон и, только проржавшись, пояснил:

– В любви, девочка моя. В любви. Элизабет имеет очень большое влияние на нашего дорогого презика.

Я сморщилась. Отец иногда говорил, как Клим. А Клим говорил, как гопник. Им обоим шел легкий налет быдла, но меня немного раздражало.

– Так вот, если ты пообщаешься с Лиз и объяснишь ей все, она обязательно донесет Андрею и так прекрасно донесет, что он не сможет игнорировать твое присутствие с ними в одной локации.

– А мы будем присутствовать в одной локации?

– Да, тебе нужно будет добраться до Алтая. Элизабет любит снимать дом в горах летом.

Расписание Андрея чуть плавает, но мы уточним его.

– Господи, как это унизительно. Может, не надо, пап?

– Полиция, суд, тюрьма, – напомнил Марк кратенько.

Я завыла.

– Знаю, малыш, знаю, – он похлопал меня по коленке. – Я тоже в твоем возрасте предпочитал удавиться, чем просить кого-то о помощи.

– В моем возрасте? А теперь, значит, стал лояльнее к прошению?

– Намного.

– Что же так меняет человека?

Марк пожал плечами.

– Возможно, опыт. Или чуть больше мозгов в голове.

Или… А, нет, это опять опыт. Но если ты чешешься от одной мысли, что придется просить об услуге, есть один выход.

– Какой?

– Не проси.

Тут уже я начала хохотать.

– Как так, пап?

– А вот так. Ты же Стерн, Алексия. Ты умная, дерзкая, безумно талантливая, нестандартно мыслящая. Просто расскажи, какая ты офигительная, и Громов сам тебе предложит место в ложе долбоебов. Ой, то есть министров.

Я смеялась до боли в животе. Все-таки хорошо, что меня забрал из Пало-Альто именно Марк.

С Аланом вряд ли было бы весело. Он смог бы успокоить, вселить уверенность, но рассмешить так, как делает Марк, не умел.

Мне все еще не нравилась идея ходить кругами, чтобы добраться до Громова. Мы с Лиз, конечно, дружили, и я вряд ли смогу сдержаться и не рассказать ей печальную историю моего провала в науке. Она, конечно, захочет мне помочь и организует встречу с Андреем.

Марк был прав. Жена имела хорошее влияние на президента.