За каменной стеной

– Как, черт подери, тебя зовут?

Девушка прикусила губу. За нее ответил Алан, который вышел из-за стойки и встал рядом с Марком. Он как будто пытался защитить ее. От меня? Ну приехали.

– Алексия Стерн, – проговорил Алан четко.

Алексия кивнула, подтверждая. Я сунул руку в волосы и потянул, желая отодрать скальп и засунуть всю эту абсурдную информацию в голову без помех. Может, так легче дойдет?

Скальп не поддался. Пришлось разбираться по старинке.

– А кто из них твой отец?

– Оба, – проговорила Алексия очень тихо и отчаянно краснея.

Я продолжил косеть от таких заявлений. Логика давно покинула этот дом, а следом я отпустил субординацию и отключил фильтры. Или оно само все отпало. Пожалуй, впервые в жизни я позволил себе столь не толерантное поведение.

– Я давно не смотрю телек и порядком отстал от новостей. Просветите, когда педерасты научились размножаться естественным способом? Я слышал об усыновлении, но вы же ужасно похожи…

Я указал на Алексию и Алана.

Марк сложил руки на груди и сжал губы.

– Эко? Суррогатная мать? – продолжал я строить предположения.

– Они не геи, Костя, – фыркнула Алексия и сложила руки совсем, как Марк. – Просто два мужа моей матери. Все просто.

– Просто? – уточнил я. – Серьезно?

– Ничего тут нет простого, – вклинился Алан. – Но мы так существуем, Константин. Давно и вполне успешно.

– Если я скажу, что ты до кучи мой дядька, парня удар хватит, – заржал Марк, теряя выдержку.

Алексия наступила ему на ногу.

– Боже, что ты за человек?

– Отличный я человек!

– Молчи, Марк.

Удар меня не хватил, но глаза почти упали на пол. Так сильно я их выпучил. Правда, взял себя в руки и постарался не зацикливаться на ебанических семейных узах Стернов. В эти подробности я точно не хотел быть посвященным, но кто ж меня спрашивал…

Девушка пришла в себя раньше, чем я. Алексия-Лена перевела глаза на Алана и спросила:

– Пап, зачем он здесь?

– Возможно, чтобы закрепить твое гетеро? – предположил Марк раньше всех.

Алексия отдавила ему вторую ногу, и уже Алан попросил:

– Марк, ради всего святого…

– Ради колы и влажных салфеток? – уточнил пижон, сникнув. – Ладно-ладно. Молчу. Какие вы скучные.

Он прошёл через гостиную и налил себе кофе. Алан закатил глаза, но замечания, как мне, не сделал. Видимо, в Марке было столько собственного яда, что кофеин натощак никак не мог ему навредить.