Сады Луны

И продекламировала:

– Каладан Бруд, по прозвищу Воевода,

менгиру подобный и зиму несущий,

в кургане лежащий и горя не знающий…

Калот подхватил следующие строки:

– …ныне в гробнице, которая слов лишена,

Ну а в руках его, что наковальни крушили…

Рваная Снасть продолжила:

– …молот песни его —

живет он, не просыпаясь, так дайте всем знать

безмолвно – его не будите!

Его не будите.

Когда затихли эти слова, все в шатре уставились на Рваную Снасть.

– Кажется, он проснулся, – сказала чародейка, хотя во рту у нее пересохло.

 – «Аномандарис», эпическая поэма Рыбака Кельтата.

– Но эта поэма не о Каладане Бруде, – нахмурившись, проговорил Дуджек.

– Да, – согласилась колдунья. – Там по большей части рассказывается о его спутнике.

Локон медленно поднялся на ноги. Он шагнул к Тайскренну.

– Аномандер Рейк, властитель тисте анди, которые суть души Беззвездной Ночи. А сам Рейк – Грива Хаоса. Вот кто такой владыка Семени Луны, а ты выставляешь против него четырех высших магов и один отряд чародеев.

На гладком лице Тайскренна теперь поблескивали капельки пота.

– Тисте анди, – проговорил он ровным голосом, – не похожи на нас. Тебе они могут показаться непредсказуемыми, но это не так. Они просто другие. У них нет собственной цели. Они всего лишь переходят от одной человеческой трагедии к другой. Ты и правда думаешь, что Аномандер Рейк останется здесь и будет драться?

– А разве Каладан Бруд отступил? – огрызнулся Локон.

– Он не тисте анди, Локон.

Он человек – с примесью крови баргастов, как поговаривают, но, так или иначе, в нем нет ни древней крови, ни верности ее обычаям.

– Ты рассчитываешь, что Рейк предаст чародеев Крепи – нарушит договор, который они заключили? – предположила Рваная Снасть.

– Риск не так велик, как может показаться, – ответил высший маг. – Беллурдан кое-что выяснил в Генабарисе, чародейка. Новые свитки «Блажи Готоса» нашлись в горах за Чернопсовым лесом. В них, среди прочего, есть рассуждения о тисте анди и других народах Древней эпохи.

И вспомните: Семя Луны однажды уже отступило, вместо того чтобы принять открытый бой с Малазанской империей.

Волны ужаса прокатывались по всему телу Рваной Снасти, так что даже колени задрожали. Она снова села – походный стул тяжело застонал под нею.

– Ты обрекаешь нас на смерть, – сказала чародейка, – если ошибся в расчетах. И не только нас, высший маг, ты погубишь все войско Однорукого.