Жарким кровавым летом

После того как белая попробует это удовольствие, мужчины своего цвета кожи для нее больше не существуют. Я видел, как такое случалось.

– Ну уж нет, – возразил спортсмен. – Вирджиния, конечно, сука, но она знает, что, если попробует трахнуться с schvartzer[4 - Черный (искаж. нем.).], я погоню ее обратно пинками под задницу, до самой Алабамы.

Хозяин стремился во всем достичь британской утонченности и потому скривил губы, услышав эти вульгарные слова. Но он мужественно воздержался от замечаний.

– Бен, – сказал он, – я должен кое-что показать вам.

Он взял молодого собеседника под руку и направился вместе с ним через зал, кивая с самым радушным видом то одному, то другому гостю, прикасаясь к множеству рук, раздавая поцелуи, останавливаясь для того, чтобы представить собравшихся друг другу, и отлично зная о своем мистическом обаянии. Вскоре они с гостем очутились в небольшой нише.

– Хм, что-то я не врубаюсь, – признался Бен.

– Это живопись.

– Я понимаю, что живопись. Но почему здесь все такое квадратное да к тому же коричневое? Очень похоже на Ньюарк, если бы в нем вдруг появились деревья.

– Уверяю вас, Бен, наш друг месье Брак[5 - Брак Жорж (1882–1963) – французский живописец, один из основателей кубизма.] никогда не видел Ньюарка.

– По картине не скажешь. Выглядит так, будто он там родился.

– Бен, попробуйте почувствовать это. Он что-то нам говорит. Включите воображение. Как я уже сказал, это надо почувствовать.

Красивое лицо Бена напряглось в попытке сосредоточиться, но он явно ничего не почувствовал.

На картине под названием «Дома в Эстаке» был изображен городской пейзаж, написанный в приглушенных коричневых тонах; справа тянулись по косой невысокие домики, слева спереди торчало грубо намалеванное дерево, и все законы перспективы нарушались самым безбожным образом. Когда хозяин смотрел на эту картину, он действительно кое-что чувствовал, а именно – сколько денег ему пришлось угрохать, чтобы ее заполучить.

– Это самое значительное произведение раннего периода кубизма в нашем полушарии, – сказал он.

 – Создано в тысяча девятьсот восьмом году. Обратите внимание на особенность геометрического построения, отсутствие центральной точки схода. Это предшественник Пикассо, на которого он оказал большое влияние. Она стоила мне семьдесят пять тысяч долларов.

– Вау! – воскликнул Бен. – У вас, наверное, неплохо идут дела.

– Говорю вам, Бен, это бизнес, которым стоит заниматься. Здесь нельзя проиграть.