Бегущий человек. Худеющий (сборник)

Парракис закрыл дверь, переваливаясь, направился к ней.

Ее плечи поникли.

– Ты должен заставить его уйти, сын. Он – плохой человек. Этот Ричардс. Из-за него ты попадешь в тюрьму или хуже того. Я не хочу, чтобы ты попал в тюрьму!

Она расплакалась, выронила нож, припала к его груди.

Он ее обнял, начал нежно покачивать.

– Я не попаду в тюрьму. Не надо, мама, не плачь. Пожалуйста, не плачь. – Он улыбнулся Ричардсу через ее сгорбленные, содрогающиеся в рыданиях плечи печальной улыбкой.

Ричардс ждал.

– Вот и хорошо, – заговорил Парракис, когда рыдания перешли во всхлипывания. – Мистер Ричардс – давний друг Бредли Трокмортона и поживет у нас пару дней, мама.

Она завыла в голос, и он, поморщившись, закрыл ей рот рукой.

– Да, мама. Поживет. Я отведу его машину в парк и спрячу там. А завтра утром ты отправишь в Кливленд маленькую посылку.

– В Бостон, – автоматически поправил его Ричардс. – Видеопленки отправляются в Бостон.

– Теперь они поедут в Кливленд. – Элтон Парракис смиренно улыбнулся.

 – Бредли в бегах.

– О Господи.

– И тебе придется бежать! – взвизгнула миссис Парракис. – Только тебя они поймают! Ты слишком толстый!

– Сейчас я отведу мистера Ричардса наверх и покажу ему его комнату, мама.

– Мистера Ричардса? Мистера Ричардса? Почему бы не называть его настоящим именем? Отрава!

Элтон мягко отстранил мать, и Ричардс последовал за ним на второй этаж по прячущейся в тени лестнице.

– Наверху много комнат. – Он уже начал пыхтеть, огромные ягодицы перекатывались из стороны в сторону.

 – Когда-то давно, в моем детстве, тут был пансион. Вы сможете наблюдать за улицей.

– Может, мне лучше уехать? – спросил Ричардс. – Если Бредли раскрыт, ваша мать скорее всего права.

– Вот ваша комната. – Он открыл дверь в темную конуру, где давно уже никто не жил. Слова Ричардса он пропустил мимо ушей. – К сожалению, удобств особых нет, но чем богаты… – Он повернулся к Ричардсу, застенчиво улыбнулся. – Можете оставаться сколько хотите. Бредли Трокмортон – мой лучший друг.

 – Улыбка чуть поблекла. – Мой единственный друг. А с мамой я разберусь. Не волнуйтесь.

– Мне бы лучше уехать, – повторил Ричардс.

– Вы же знаете, что из этого ничего хорошего не выйдет. Ваша повязка не провела даже мою мать. Сейчас я отгоню вашу машину в безопасное место, мистер Ричардс. А потом мы поговорим.

И он ушел. Ричардс заметил, что на заднице униформа залоснилась. И остался от Элтона Парракиса только легкий запах вины.