Врата Мертвого дома

По прикидкам Скрипача, Калам к тому времени обгонит их дня на два или на три. За Г’данисбаном раскинулся Пан’потсун-одан, малонаселенная пустошь: сплошь выжженные солнцем холмы да побелевшие развалины давным-давно мертвых городов, где обитают ядовитые змеи, слепни и – Скрипач припомнил слова духовидца Кимлока – создания куда более смертоносные.

«Схождение. Тогговы пятки, это мне совсем не нравится. – Он подумал о раковине, что лежала в сумке. – Таскать с собой магические предметы всегда опасно, можно такие беды навлечь на свою голову.

Что, если какой-нибудь одиночник унюхает ее и решит пополнить свою коллекцию? – Скрипач нахмурился. – Ага, а заодно и прихватит три блестящих черепа».

Чем дольше сапер думал об этом, тем неспокойнее становилось у него на душе.

«Загоню-ка я ее, пожалуй, какому-нибудь торговцу в Г’данисбане. Лишние деньги не помешают. – Эта мысль ему понравилась. – Да, надо продать раковину, избавиться от нее. Никто не будет отрицать силу духовидца, но опасно слишком на нее полагаться.

Таннойские жрецы отдавали жизнь во имя мира. А Кимлок, и хуже того, пожертвовал своей честью. Нет уж, мы люди простые: лучше полагаться на морантскую взрывчатку, чем на какую-то загадочную ракушку. Динамит подействует на одиночника так же, как и на обычного человека».

Крокус подстегнул коня и поехал рядом с сапером:

– О чем задумался, Скрипач?

– Да так, ни о чем. А где твой бхок’арал?

Парень нахмурился.

– Не знаю. Наверное, он все-таки был просто животным, а не фамильяром. Улетел вчера вечером и не вернулся.

 – Юноша потер лицо тыльной стороной ладони, и Скрипач увидел на его щеках слезы. – Пока Моби был рядом, я вроде как чувствовал, что Маммот со мной.

– Твой дядя был хорошим человеком, пока в него не вселился яггутский тиран?

Крокус кивнул.

– Ну, тогда он по-прежнему с тобой. А Моби небось просто нашел сородичей. В этом городе многие знатные семьи держат бхок’аралов. Выходит, он все-таки был просто домашним питомцем.

– Ты прав, наверное. А что касается дядюшки… Бо?льшую часть жизни я считал Маммота просто книжником, стариком, который вечно корпит над своими свитками, а больше ничем и не интересуется.

А потом вдруг оказалось, что он был верховным жрецом. Важным человеком, имевшим влиятельных друзей вроде Барука. Но прежде чем я это хоть как-то успел в голове уложить, он погиб. Твой взвод его уничтожил…

– Погоди-ка, парень! То, что мы убили, уже не было твоим дядей.

– Я знаю. Убив его, вы спасли Даруджистан.