Будет кровь

Он знал, что я умею обращаться с растениями и не чураюсь тяжелой работы. Я получал двенадцать долларов в час, работая десять часов в неделю, и эти деньги очень мне пригодились, поскольку до поступления в университет богатства на доверительном счете были недоступны.

Пит называл этих потенциальных покупателей «богатенькими Ричи». Как те женатые геи в их навороченном «БМВ», они охали, ахали и восторгались, но не покупали. Если учесть, что дом стоял на грунтовой дороге в дремучей глуши и вид из окон был хоть и красивым, но не роскошным (ни гор, ни озер, ни живописного морского берега с маяком на скале), я совершенно не удивлялся.

Миссис Гроган и Пит тоже не удивлялись. Между собой они называли дом особняком «Как рыбе зонтик».

В начале зимы 2011-го я потратил часть «садоводческих» денег на покупку четвертого айфона, на смену моему старенькому аппарату первого поколения. В тот же вечер я перенес в новый айфон все контакты и, прокручивая список, наткнулся на номер мистера Харригана. Не особо задумываясь, я ткнул в него пальцем.

На экране зажглась надпись: Идет вызов абонента: мистер Харриган. Со смесью страха и любопытства я поднес телефон к уху.

Я не услышал знакомого голоса на автоответчике. Не услышал и голоса робота, сообщавшего, что вызываемый номер не существует. Не услышал гудков. В трубке была тишина. Можно сказать, что мой новый айфон, хе-хе, был тих, как могила.

Какое облегчение.

В десятом классе я выбрал биологию, которую вела мисс Харгенсен, по-прежнему красивая, но уже не любовь всей моей жизни.

Я отдал свое сердце более досягаемой (и подходящей по возрасту) юной леди. Это была Венди Джерард, миниатюрная блондинка из Моттона, которая только что сняла брекеты. Мы сидели за одной партой на общих уроках, и ходили в кино (когда мой папа либо кто-то из ее родителей мог отвезти нас на машине), и целовались на последнем ряду. Все было очень наивно, и очень по-детски, и очень здорово.

Моя влюбленность в мисс Харгенсен умерла естественной смертью, и это было прекрасно, потому что открыло дорогу для дружбы.

Иногда я приносил в класс растения, а после уроков по пятницам помогал мисс Харгенсен убираться в лаборатории, которую мы, «биологи», делили с «химиками».

Однажды во время уборки я спросил у мисс Харгенсен, верит ли она в призраков.

– Наверное, нет, раз вы ученый, – предположил я.

Она рассмеялась.

– Я не ученый, а простая учительница.

– Но вы поняли, что я имею в виду.

– Да, наверное.