Финт хвостом

Была ли здесь связь? Или у него воображение разыгралось?

Кошек в огне он точно не выдумал – Войт остался дома потому, что царапины на его горле загноились. Но кошки были везде. Те две, возможно, были просто испуганными питомцами. А что касается диких кошек возле водостоков… Что ж, в темноте и не такое почудится.

На станции было настолько тихо, что Туи уговорил Эллиота сыграть с ним в шахматы. Эллиоту нравились их игры, но с тех пор как началась история с кошками, черные и белые фигуры на доске вызывали беспокойство.

– Тебе придется что-то делать с Войтом, – сказал Туи, делая ход конем.

– Зачем? – автоматически спросил Эллиот, двигая пешку. – Он безнадежен. Ковбой. Ничто его не изменит.

– Да, если ты надерешь ему задницу, в следующий раз он ослушается твоих приказов, и вы оба окажетесь в полном дерьме.

Туи прав; Эллиот знал это. Но у него сейчас не было сил разбираться с Войтом. Все его мысли возвращались к Анни и Рите.

Да, у них с Ритой бывали разногласия, но ведь многие пары умеют справляться с подобными проблемами и жить дальше.

Он был преданным, трудолюбивым мужем, всегда обеспечивал семью. А еще он много времени проводил с Анни: водил ее плавать, в детский музей, в походы и в природный центр. Он был хорошим отцом, занимался домом – что еще Рите нужно?

Он попытался подумать, в чем нуждалась Рита. Что он ей не дал? Но даже за десять ходов так и не смог разобраться.

– Где витают твои мысли? – с отвращением спросил Туи, взяв коня Эллиота.

 – Что с тобой творится в последнее время?

Эллиот ссутулился, затем выпрямил плечи, стараясь расслабиться.

– Рита забрала Анни и уехала в Даллас.

Туи оторвал взгляд от доски.

– Она вернется?

Эллиот пожал плечами.

– Печально слышать, – посочувствовал Туи и сделал ход ладьей.

Эллиот изучал позиции на доске, пытаясь сосредоточиться. Но вне зависимости от игры, Туи взял ферзя за три хода.

Когда он вечером позвонил в Даллас, трубку взяла Рита. Ее голос был наигранно радостным.

Он познакомился с этой интонацией на вечеринках, где она чувствовала себя не в своей тарелке, как, например, в тот раз, когда они отправились на барбекю к Туи. Вероятно, голос Эллиота звучал одинаково «веселым», когда ему приходилось ходить на премьеры балета.

– Привет, – поздоровался он. – Это я.

Пауза.

– О.

– Как дела?

Глупый вопрос. Но это все, что он смог выдавить.

– Нормально, – ответила она.

– Вот и замечательно.