История Лизи

 – Ты что-то сказала?

– Бормочу всякую чушь. – Она попыталась улыбнуться.

– Ты говорила со Скоттом?

Лизи оставила попытки улыбнуться.

– Да, пожалуй, что да. Иногда я все еще говорю с ним. Безумие, правда?

– Я так не думаю. Нет, если получается. Я считаю, безумие – это когда не получается. Кому знать, как не мне? У меня есть некоторый опыт. Так?

– Анда…

Но Аманда уже отвернулась, чтобы взглянуть на кипы периодических изданий, студенческих журналов, ежегодников. А когда посмотрела на Лизи, ее лицо осветила робкая улыбка.

– Я все сделала правильно, Лизи? Я только хотела внести свою лепту…

Лизи взялась за руку Аманды, легонько сжала.

– Ты все сделала правильно. Как насчет того, чтобы уйти отсюда? Предлагаю тебе первой принять душ.

4

Я заплутал в темноте, и ты меня нашла. Мне было жарко… так жарко… и ты дала мне лед.

Голос Скотта.

Лизи открыла глаза, думая, что на мгновение отключилась от какой-то дневной работы, и увидела короткий, но на удивление подробный сон, в котором Скотт умер, а она подрядилась в Гераклы, взяв на себя очистку рабочих конюшен мужа.

Но, открыв глаза, сразу поняла, что Скотт действительно умер, а сама она спала в собственной постели после того, как отвезла Аманду домой, и это был ее сон.

Она словно плавала в лунном свете. Улавливала аромат экзотических цветов. Теплый летний ветерок отбрасывал волосы с висков, тот ветерок, что дует после полуночи в каком-то таинственном месте далеко от дома. И однако это был ее дом, точно, ее дом, потому что перед собой она видела амбар, на чердаке которого располагались рабочие апартаменты Скотта – объект жгучего интереса инкунков.

А теперь, спасибо Аманде, она знала, что там лежит множество фотографий ее и умершего мужа. Зарытое сокровище, духовная пища.

Может, лучше бы не смотреть эти фотографии, прошептал на ухо ветерок.

Ох, вот на этот счет сомнений у нее не было. Но она все равно посмотрит. Теперь, зная, что они там, просто не могла заставить себя не посмотреть.

Она обрадовалась, увидев, что плывет на огромном, поблескивающем в свете луны полотнище, на котором многократно напечатана фраза «ПИЛЬСБЕРИ – ЛУЧШАЯ МУКА». На углах полотнища узлы, как на носовом платке. Такое богатство фантазии ей нравилось. Все равно что плыть на облаке.

Скотт, она попыталась произнести его имя вслух и не смогла. Сон ей этого не позволил. Она видела, что подъездная дорожка, ведущая к амбару, исчезла. Вместе с двором между амбаром и домом.