Извлечение троих

И внезапно Эдди почувствовал себя так, как будто ему снова пять лет и он боится перейти улицу без Генри, который должен держать его за руку.

Не волнуйся, – сказал Роланд. – И не волнуйся о пище. Мне случалось глотать и живых жуков. Иногда я даже чувствовал, как они бегают у меня по глотке.

Угу, – отозвался Эдди. – Но это Нью-Йорк.

Он взял хот-доги и пепси, перешел на дальний конец стойки и встал спиной к залу. Потом поглядел вверх в левый угол. Выпуклое зеркало формой напоминало чрезмерно удивленный глаз.

Он видел всех, кто следил за ним, но они были достаточно далеко и не могли разглядеть хот-доги и пепси. Это хорошо, потому что Эдди не имел ни малейшего представления о том, что должно сейчас произойти.

Положи астин на эти мясные штуки. Потом возьми их в руки.

Аспирин.

Не важно, как оно называется, Узн… Эдди. Просто сделай, говорю.

Он вынул из кармана бумажный пакетик с пузырьком анацина и чуть было не положил его на один из хот-догов, но вовремя сообразил, что Роланду будет трудно достать таблетки из пузырька, не говоря уж о том, чтобы его откупорить.

Эдди открыл пузырек, вытряхнул на салфетку три таблетки, подумал и добавил еще три.

Три сейчас, три потом, – сказал он. – Если будет это «потом».

Хорошо. Спасибо.

Что теперь?

Возьми все это в руки.

Эдди поднял глаза к выпуклому зеркалу. Двое таможенников этак небрежно направились к стойке. Может быть, им не понравилось то, что он стоит к ним спиной. Может, почувствовали что-то странное и решили взглянуть поближе.

Если что-то должно случиться, лучше, чтобы это случилось побыстрее.

Он взял еду обеими руками, чувствуя тепло сосисок, упрятанных в мягкие белые батоны, и прохладу пепси. В этот момент он был похож на молодого папашу, который тащит съестное своим ребятишкам… а потом еда стала таять.

От изумления Эдди вытаращил глаза. Ему показалось, что они сейчас вывалятся из глазниц.

Сосиски просвечивали теперь сквозь батоны, пепси – сквозь пластиковый стакан: темная жидкость с кубиками льда, сохраняющая форму сосуда, которого больше нет.

Потом сквозь сосиски проступил красный прилавок, сквозь пепси – белая стена. Его руки скользнули друг к другу, сопротивление между ними становилось все меньше и меньше… и вот они уже сомкнулись, ладонь к ладони. Еда… салфетки… пепси-кола… шесть таблеток анацина… все, что было у него в руках, исчезло.

Господь Бог выскакивает из табакерки и наяривает на скрипке, подумал Эдди, остолбенев.