Четыре после полуночи

Мы еще чем-то пахнем, я могу уловить духи Лорел или лосьон после бритья капитана, но здешних запахов уже нет.

Алберт поднял стакан с пивом, принюхался. Запах есть, решил он, но очень-очень слабый. Воспоминание о запахе. Так, наверное, пахнет лепесток, много лет пролежавший между страницами книги.

– То же самое относится и к звукам, – добавил Боб. – Они глухие, одномерные, без резонанса.

Лорел вспомнила, как стучали ее каблучки по бетону, как вяз в воздухе крик капитана Энгла, когда тот, сложив руки рупором, звал мистера Туми.

– Алберт, тебя не затруднит сыграть что-нибудь на скрипке? – попросил Боб.

Алберт взглянул на Бетани. Девушка улыбнулась и кивнула.

– Нет. Разумеется, нет. Мне даже интересно, как она будет звучать после того… – Он посмотрел на Крейга Туми. – Вы понимаете.

Он открыл футляр, поморщившись, когда его пальцы коснулись защелки, врезавшейся в лоб Крейга Туми, достал скрипку. Ласково погладил ее и устроил скрипку под подбородком. Замер, задумавшись. Какая музыка достойна этого нового мира, где не звонили телефоны и не лаяли собаки? Ралф Вогэн Уильямс? Стравинский? Моцарт? Может, Дворжак? Нет, все не то.

Тут его осенило, и он заиграл «Кто-то на кухне с Дайной».

Но, взяв несколько нот, опустил смычок.

– Наверное, ты все-таки попортил скрипку, хватив этого парня по голове, – предположил Дон Гаффни. – Такое ощущение, что она набита ватой.

– Нет, – медленно ответил Алберт. – Моя скрипка в полном порядке. Я в этом уверен. Дело в другом. Подойдите сюда, мистер Гаффни.

 – Гаффни подошел, встал рядом с Албертом. – А теперь наклонитесь к скрипке как можно ближе. Нет… не так близко, я попаду вам в глаз смычком. Так. Так хорошо. А теперь слушайте.

Алберт заиграл вновь.

– Чувствуете разницу? – спросил он, опустив смычок.

– Вблизи скрипка звучит гораздо лучше, если ты об этом, – ответил Гаффни и с уважением посмотрел на Алберта. – Ты превосходно играешь, парень.

Алберт улыбнулся Дону Гаффни, но заговорил, обращаясь к Бетани Симмс:

– Иногда, когда я уверен, что поблизости нет моего учителя музыки, я играю старые песни «Лед Зеппелин».

Скрипка прямо-таки для них и создана. Вы бы удивились их звучанию. – Он повернулся к Бобу: – Ваша версия вновь подтвердилась. Чем ближе стоишь, тем лучше звучит скрипка. Причина в воздухе, а не в инструменте. Он не проводит звуки как должно, а значит, со звуком происходит то же, что и с пивом.

– Выдыхается, – уточнил Брайан.

Алберт кивнул.