Ночная смена (сборник)

Роберт Бун попытался изъять у него богохульную Библию, написанную на древних языках – на латыни, на друидическом наречии и на других тоже. Адская то книга.

– «De Vermis Mysteriis»?

Миссис Клорис отшатнулась, точно ее ударили.

– Вы и про нее знаете?

– Я ее видел. даже к ней прикасался. – Мне вновь показалось, что моя собеседница вот-вот потеряет сознание. Она зажала рот рукой, точно сдерживая готовый прорваться крик. – Да, в Иерусалемовом Уделе. На кафедре оскверненной и обезображенной церкви.

– Значит, книга все там.

все еще там. – Женщина раскачивалась на стуле туда-сюда. – А я-то надеялась, что Господь в мудрости Своей бросил ее в бездны ада.

– А какое отношение имеет Филип Бун к Иерусалемову Уделу?

– Узы крови, – туманно пояснила миссис Клорис. – Печать Зверя была на нем, хотя ходил он в одеждах Агнца. В ночь тридцать первого октября тысяча семьсот восемьдесят девятого года Филип Бун исчез. и все население проклятой деревни с ним вместе.

Ничего больше она не добавила; собственно, ничего больше она и не знала.

Она лишь снова и снова заклинала меня уехать, в качестве довода ссылаясь на то, что «кровь призывает кровь», и бормоча что-то вроде: «есть наблюдатели, а есть стражи». С наступлением сумерек хозяйка разволновалась не на шутку, и, чтобы ее задобрить, я пообещал уделить ее пожеланиям самое серьезное внимание.

Я шел домой сквозь сгущающиеся мрачные тени, от былого хорошего настроения ничего не осталось, в голове роились бессчетные вопросы.

Кэл встретил меня сообщением, что шум в стенах все нарастает – да я и сам сейчас могу это засвидетельствовать. Я внушаю себе, что это только крысы – но перед глазами у меня стоит перепуганное, серьезное лицо миссис Клорис.

Над морем встала луна – полная, распухшая, кроваво-алого цвета, запятнав океан ядовитыми оттенками и тонами. Мысли мои вновь и вновь обращаются к той церкви, и

(здесь строчка вычеркнута)

Нет, Доходяга, этого тебе видеть незачем. Сплошное безумие. Пожалуй, пора мне спать.

Думаю о тебе.

С наилучшими пожеланиями,

    Чарльз.

(Далее следуют выдержки из записной книжки Кэлвина Макканна.)

20 октября 1850 г.

Нынче утром взял на себя смелость взломать замок на книжке; проделал все до того, как мистер Бун встал. Все без толку; книга написана шифром. Наверняка несложным. Может, я и шифр расколю так же легко, как замок. Это, конечно же, дневник – почерк до странности похож на руку мистера Буна.