Взгляд прямо

Но разве он мог подумать, что всё окажется куда запутанней.

Адриан на тот момент не видел Орсо почти три года, лишь пару телефонных разговоров, а в последний год и их было сравнительно мало. Решил вновь навестить старика, он подъезжал к забору двухэтажного дома, расположенного на живописном склоне. Вышел из машины и сразу же услышал добрый голос , доносившийся сверху, Орсо стоял на балконе.

– Адриан, какими судьбами? К добру ли ты пришёл или случилось что?

– Дядя Орсо, здравствуйте! Только к добру, я к вам не с пустыми руками, впустите?

– Сейчас спущусь, только машину придётся отогнать на парковку, здесь не далеко.

Поедем вместе.

Орсо спустился по лестнице. Они обменялись крепким рукопожатием. Адриан посмотрел в добрые глаза человека, вспомнил бывалое время, на него пала грусть: он так редко вспоминает этого человека. С благодарностью судьбе, что снова встретил Орсо и его добрую душу, они улыбнулись друг другу.

– А почему машину нельзя было оставить у вас?

– В гараже мест нет, а за воротами небезопасно, сам видишь дорога здесь гористая, узкая, поворот крутой, мешать будет, да ещё зацепит кто-нибудь.

Ты же ко мне наверняка не на пять минут.

– Как хорошо вы разбираетесь в людях. Дядя Орсо, я и заночевать у вас могу?

– Конечно, можешь.

– Чёрт, забыл вынуть подарки. Я закупил для ваших ребят небольшие презенты, в багажнике несколько коробок.

– Это не страшно, завтра отвезём в клуб, – Адриан знает, Орсо примет подарки с благодарностью.

– Вот здесь направо, и вон там, подъезжай к шлагбауму.

Это парковка местного парка, для владельцев здешних домов она бесплатная. Мы с внуками летом в этом парке проводим большую часть времени. Местная набережная, местная еда, местные чайки, местные игровые площадки – всё, что детям нужно для счастья, а мне мои внуки и свежий воздух только в радость.

– Сколько вашей старшей уже?

– Тринадцать, младшему семь. Растут дети мои, да и ты, Адриан, вырос.

– Жизнь постаралась.

Они подходили обратно к дому, им пришлось подняться в гору, прежде чем переступить порог дома.

– Проходи, кухня на втором этаже, – звучало непривычно.

Незамысловатый обед. Приближался вечер. Наступил. Он уступил место тихой ночи. А они всё ещё рюмкой за рюмкой кальвадоса, как отец с сыном, говорили о своих самых сокровенных сожалениях, которые на трезвый ум вслух никто из них не осмелился бы произнести. Когда их разговор стал таким?

– Думаю, нам уже пора спать, – голос Орсо слился с зевотой.