Почти как «бьюик»

 – Кертис Уилкокс вертелся на сиденье, но не отрывал глаз от «бьюика», которого буксировали впереди.

– Хорошо, Керт, я слушаю.

– Радиатор есть, но, насколько я могу судить, в него ничего не залито, ни вода, ни антифриз. Приводного вентиляторного ремня нет, и это логично, потому что нет и вентилятора.

– Масло?

– Есть картер и измерительный стержень, но на стержне нет делений. Есть аккумулятор «Делко», но, Эннис, он ни к чему не подключен. Проводов нет.

– Ты описываешь автомобиль, который не может ездить, – прокомментировал Эннис.

– Сам знаю. Я вытащил ключ из замка зажигания. Он на обычной цепочке. Но цепочкой все и заканчивается. Брелка нет.

– Другие ключи?

– Тоже нет. И ключ зажигания – вовсе не ключ. Полоска металла вот такой длины. – Кертис развел большой и указательный пальцы на пару дюймов.

– Болванка, правильно я тебя понял? Болванка, какими пользуются при изготовлении дубликатов ключей?

– Нет. Никакого намека на ключ. Просто полоска металла.

– Ты попробовал завести двигатель?

Керт, до того трещавший без остановки, ответил не сразу.

– Говори, – продолжил Эннис. – Я же твой напарник. И не собираюсь тебя укусить.

– Конечно, попробовал. Хотел посмотреть, как работает двигатель.

– Разумеется, он работает. Кто-то ведь приехал на этом «бьюике», не правда ли?

– Роуч так говорит, но, заглянув под капот, я задался вопросом, лжет он или его загипнотизировали. И знаешь, ответа на этот вопрос у нас пока нет.

– И где сейчас ключ?

– Я его вставил в замок.

Эннис кивнул.

– Правильно. Когда ты открыл дверцу, лампочка под крышей загорелась? Или ее тоже нет?

Кертис помолчал, задумавшись.

– Да. Лампочка есть и она загорелась. Мне следовало это отметить. Но как она могла загореться? Как могла, если аккумулятор не подключен?

– Возможно, питание лампочки осуществляется от специальных конденсаторов. Такое возможно, – но по голосу чувствовалось, что Эннис и сам не очень-то верит в свои слова.

– Лучшее я оставил на закуску. Мне пришлось кое к чему прикоснуться, но я пользовался носовым платком и помню, к чему прикасался, так что не напускайся на меня.

Вслух Эннис ничего не сказал, но одарил молодого напарника взглядом, который ясно говорил: если потребуется оторвать ему яйца, он, Эннис, их оторвет.

– Весь приборный щиток – туфта, одна видимость.