Под Куполом. Том 2. Шестое чувство

Больница превратилась в заполненную тенями аркаду.

– Не твоя вина, – успокаивал он ее. – Не твоя вина, не моя, даже не его. Он не напрашивался на диабет.

Хотя, Бог свидетель, очень многие жили с диабетом долгие годы. Но эти люди заботились о себе. Джимми, предпочитавший жизнь отшельника на Год-Крик-роуд, к таковым не относился. Когда он наконец-то приехал в Центр здоровья – в прошлый четверг, – то не смог самостоятельно вылезти из автомобиля, жал на клаксон, пока Джинни не вышла, чтобы посмотреть, что там такое.

И, стянув со старика штаны, Расти увидел, что правая нога – дряблая и посиневшая. Даже если бы Джимми выкарабкался, чувствительность нервных окончаний восстановить бы не удалось.

«Совсем не больно, док», – заверил Джимми Рона Хаскела перед тем, как впасть в кому. С тех пор он то приходил в сознание, то уплывал в забытье, а нога становилась все хуже. Расти откладывал ампутацию, хотя знал, что без этого не обойтись, если он хотел дать Джимми шанс на спасение.

Когда прекратилась подача электричества, Джимми и еще двум пациентам внутривенно вводились антибиотики.

Те все равно продолжали поступать, но расходомеры выключились, а потому медсестры не знали, какая поступила доза. Кроме того, отключился кардиомонитор Джимми и респиратор, подающий воздух в легкие. Расти убрал респиратор, положил на лицо старика маску и показал Джине, как пользоваться кислородной подушкой. У нее получалось, и она старалась, но в шесть вечера Джимми все равно умер.

И теперь Джина рыдала.

Оторвала залитое слезами лицо от груди Расти, чтобы спросить:

– Я дала ему слишком много кислорода? Слишком мало? Я задушила его и убила?

– Нет.

Джимми, вероятно, все равно бы умер, а так ему не пришлось ложиться под нож и он обошелся без ампутации.

– Не думаю, что я смогу сделать это снова. – Джина вновь зарыдала. – Так страшно. А теперь мне очень плохо.

Расти не знал, как на это реагировать, и тут подоспела неожиданная помощь.

– Ты оклемаешься, – раздался хриплый, гнусавый голос. – Должна, милая, потому что без тебя нам не обойтись.

 – По коридору к ним медленно шла Джинни Томлинсон.

– Не следовало тебе вставать, – покачал головой Расти.

– Наверное, – согласилась Джинни и со вздохом облегчения села по другую сторону Джины. Заклеенный пластырем нос, полоски пластыря под глазами придавали ей сходство с хоккеистом после трудного матча. – Но тем не менее я возвращаюсь к работе.

– Может, завтра… – начал Расти.

– Нет, теперь. – Она взяла Джину за руку.