Нужные вещи

Король рок-н-ролла целует ее взасос – на глазах у Коры, на глазах у всего мира! Он еще крепче прижимает ее к себе, а вокруг гремит музыка, и Майра чувствует, как ее естество разгорается экстатическим жаром. Она никогда в жизни не заводилась вот так – даже тогда, на озере, с Тузом Мериллом. Ей хочется кричать от восторга, но ее рот запечатан его языком, и она впивается ногтями ему в спину, затянутую в шелка, и прижимается к нему бедрами под музыку «Моего пути».

11

Мистер Гонт сидел на одном из своих плюшевых стульев и наблюдал за бурным оргазмом Майры Эванс с равнодушием прирожденного экспериментатора.

Она содрогалась, словно в тяжелом нервном припадке: фотография Элвиса зажата в руках, глаза закрыты, грудь судорожно вздымается, колени сжимаются и расходятся, сжимаются и расходятся. Парикмахерская завивка раскрутилась, и влажные волосы падают на лицо неопрятной копной. Двойной подбородок истекает потом, почти как у самого Элвиса во время его последней серии концертов.

– Оооох! – кричит Майра, сотрясаясь, как желе на тарелке. – Оооох! Оооо! О, Боооже мой! Оооо, Бооожееее! ОООООО!!!

Мистер Гонт лениво прогладил большим и указательным пальцами безупречную складку на своих черных брюках, резко подался вперед и выхватил фотографию из рук Майры. Ее глаза сразу раскрылись, полные безысходной тоски. Она потянулась за фотографией, но та была уже вне досягаемости. Тогда она начала вставать.

– Сядь, – сказал мистер Гонт.

Майра замерла, словно окаменев. Она так и не выпрямилась до конца, но и не села обратно на стул.

– Если ты хочешь еще раз увидеть эту фотографию, Майра, сядь.

Она покорно села, уставившись на него с выражением тупой боли. Большие пятна пота расплылись у нее под мышками и вокруг грудей.

– Пожалуйста, – выдавила она. Слово вышло сухим и пыльным, как ветер в пустыне. Она умоляюще протянула руки.

– Назови свою цену, – предложил Гонт.

Майра задумалась.

Ее выпученные глаза сверкали белками на потном лице. Она то и дело нервно сглатывала.

– Сорок долларов! – выкрикнула она.

Он рассмеялся и покачал головой.

– Пятьдесят!

– Не смеши меня, Майра. Как я понимаю, ты не очень-то хочешь ее получить.

– Хочу! – Слезы выступили в уголках ее глаз и потекли по щекам, смешиваясь с потом. – Я хочууу!

– Ну хорошо, – согласился он. – Хочешь. Будем считать, ты меня убедила.