Спящие красавицы

Линни сказала: обкуренная женщина, в истеричном состоянии, говорит, что двое убиты. Это сделала некая женщина из «Эйвон», что-то взорвалось, виден столб дыма.

– И ты отправила…

– Четвертый. Терри и Роджера. Согласно их последнему выходу на связь, они менее чем в миле.

– Ясно. Это хорошо.

– А вы…

– Уже еду.

3

На полпути к патрульному автомобилю она заметила, что Антон Дубчек вытаращился на нее. Без рубашки, с блестящими на солнце бугрящимися мускулами, в штанах, едва не спадающих с бедер, уборщик бассейнов выглядел так, будто прибыл на кастинг моделей для майской странички настенного календаря «Чиппендейлс».

Антон стоял на тротуаре рядом со своим пикапом, доставал из кузова какое-то оборудование для чистки. По борту тянулась надпись флорентийским шрифтом: «Уборка бассейнов от Антона».

– Куда уставился? – спросила Лайла.

– На утреннюю зарю, – ответил Антон и одарил ее улыбкой, которая, вероятно, покорила бы любую официантку в Триокружье.

Посмотрев вниз, Лайла обнаружила, что не застегнула и не заправила форменную рубашку. Простой белый бюстгальтер был не эффектнее любого из ее двух бикини (да и выглядел не столь презентабельно), но нижнее белье странным образом действовало на мужчин: стоило им увидеть женщину в бюстгальтере, как создавалось впечатление, будто они только что выиграли пятьдесят баксов в пятидолларовой мгновенной лотерее «Доллары из грязи».

Черт, да в свое время Мадонна сделала на этом карьеру. Скорее всего до рождения Антона, внезапно поняла Лайла.

– Эта фраза срабатывает, Антон? – спросила она, застегивая пуговицы и заправляя рубашку. – Хоть иногда?

Улыбка стала шире.

– Вы не поверите.

Ах, какие белые зубы. Вполне поверит.

– Если захочешь колу, дверь черного хода открыта. Запри ее, когда будешь уходить, хорошо?

– Будет исполнено. – Он шутливо отдал честь.

– Но никакого пива.

Слишком рано даже для тебя.

– А где-то уже пять часов…

– Давай без этой песни, Антон. У меня была долгая ночь, и, если только мне не удастся вздремнуть, день тоже будет долгим.

– Тоже будет исполнено. Но, шериф, у меня плохие новости: я практически уверен, что у ваших вязов голландская болезнь. Хотите, чтобы я оставил вам телефон моего специалиста по деревьям? Вы же не позволите этой болезни…

– Оставь, заранее благодарю.