Стрелок. Извлечение троих. Бесплодные земли

Все это было подстроено человеком в черном. Ибо какая ловушка сравнится с капканом любви?

– Это был демон? – Голосок звучал глухо.

– Да. Говорящий демон. Нам больше не нужно туда возвращаться. Пойдем. Скорее.

Они вернулись в конюшню. Стрелок скатал из попоны, под которой спал ночью, подобие тюка. Она была жаркая и колючая, но другой просто не было. Потом он наполнил свои бурдюки из колонки с насосом.

– Один бурдюк понесешь ты, – сказал он Джейку. – На плечах – вот так. Видишь?

– Да. – Мальчик взглянул на стрелка с искренним благоговением, но тут же отвел глаза и взвалил на плечи бурдюк.

– Не тяжело?

– Нет. Нормально.

– Лучше скажи мне правду. Сейчас. Я не смогу нести и тебя тоже, если с тобой случится солнечный удар.

– Не случится. Все будет о'кей.

Стрелок кивнул.

– Мы пойдем к тем горам, да?

– Да.

Они отправились в путь под палящим солнцем. Джейк, чья голова едва доставала стрелку до локтя, шел справа и чуть впереди. Завязанные сыромятными ремешками концы бурдюка у него на плечах свисали почти что до самых голеней.

Стрелок нес еще два бурдюка, закинутых за плечи крест-накрест, и запасы провизии – под мышкой, прижимая тюк к телу левой рукой. В правой руке он держал дорожную сумку с патронами.

Они прошли через задние ворота станции и снова вышли на заброшенный тракт с исчезающими колеями. Они прошагали минут пятнадцать, потом Джейк обернулся и помахал рукой двум строениям, оставшимся позади. Они, казалось, жмутся поближе друг к другу в беспредельном пространстве пустыни.

– Прощайте! – выкрикнул Джейк. – Прощайте! – Потом повернулся к стрелку и сказал: – У меня странное чувство. Как будто за нами кто-то наблюдает.

– Может быть, – согласился стрелок.

– Там что, кто-то прячется? И он все время был там?

– Я не знаю. Нет, вряд ли.

– Может быть, стоит вернуться. Проверить…

– Нет. Раз ушли, значит, ушли.

– Хорошо, – быстро проговорил Джейк.

Они пошли дальше. Вдоль проезжего тракта громоздились гребни спрессованного песка.

Когда стрелок оглянулся, станция уже скрылась из виду. И снова кругом была только пустыня. Одна лишь пустыня.

VII

Три дня миновало с тех пор, как они покинули станцию. Горы стали как будто ближе, но это было обманчивое впечатление. Хотя глаз уже различал, как пустыня впереди поднимается к каменистым предгорьям. Первые голые склоны. Коренная порода, прорвавшаяся сквозь кожу земли в угрюмом, разрушительном триумфе.