Темная Башня

Скажем, сделать так, чтобы он достался третьей стороне.

Эдди одобрительно кивал. Насчет последнего он Джону ничего не говорил, но старик дошел до этого сам.

– Мы – три беззубых мушкетера, три старых пердуна Апокалипсиса, и наш долг – помешать этим двум компаниям получить то, что им хочется, как честными средствами, так и нет. Грязная игра тут более чем уместна. – Джон ухмыльнулся. – Я не посещал Гарвардскую школу бизнеса, – Га-а-арвардскую школу б’знеса, – но, полагаю, могу пнуть кого-нибудь по яйцам не хуже любого другого.

– Хорошо. – Роланд начал подниматься. – Думаю, нам пора…

Эдди вскинул руку, останавливая его. Да, ему хотелось увидеть Сюзанну и Джейка, не терпелось обнять свою любимую, покрыть ее лицо поцелуями. Казалось, прошли годы с того момента, как он видел ее в последний раз на Восточной дороге в Калье Брин Стерджис. И однако он не мог подняться и уйти с легкостью Роланда, который привык к тому, что ему повинуются, и воспринимал как должное готовность совершенных незнакомцев служить ему верой и правдой, не щадя живота своего.

Но по другую сторону стола Дика Бекхардта сидел не просто подвернувшийся под руку человек, сгодившийся для выполнения конкретного поручения, а непривыкший кому-либо повиноваться янки, умный, настырный… но, чего уж там, слишком старый для того, что они от него хотели. Однако если считать старым Джона Каллема, то к какой категории следовало отнести Эрона Дипно, больного раком и сидящего на таблетках?

– Мой друг считает, что нам пора, и я с ним согласен, – нарушил затянувшуюся паузу Эдди. – У нас впереди долгий путь.

– Я знаю. На твоем лице это видно, сынок. Как шрам.

Идея восхитила Эдди: долг и ка, как нечто, оставляющее отметину на лице, которая может выглядеть знаком отличия для одного и уродством для другого.

За стенами дома громыхнул гром, сверкнула молния.

– Но почему вы это делаете? – спросил Эдди. – Я должен знать. Почему вы это делаете для двух людей, которых только что встретили?

Джон обдумал вопрос. Коснулся креста, который уже носил, который будет носить до самой смерти в 1989 году, креста, полученного Роландом от старой женщины в забытом всеми городке.