Тьма, – и больше ничего (сборник)

– Премного вам благодарен, мистер Стоппенхаузер, но я так не думаю. Эта закладная серым облаком висела над моей головой, пока я по ней не расплатился, и…

– Уилф, так об этом же и речь! – Палец вновь поднялся. На этот раз закачался из стороны в сторону, словно маятник «Регулятора». – Именно об этом! Люди, которые берут деньги под закладную, думают, будто вышли под ясное солнышко, а заканчивают тем, что не выполняют своих обязательств и лишаются ценной собственности. А такие, как ты, для кого закладная – тачка с камнями, которую надо везти и везти, всегда расплачиваются по долгам.

Или ты хочешь мне сказать, что в ферму не надо вкладывать деньги? Не надо чинить крышу? Не надо подкупить домашней скотины? – Он с озорным видом взглянул на меня. – Может, даже провести в дом водопровод, как сделал твой сосед? Все это окупается, знаешь ли. После разных улучшений ферма подорожает на сумму, значительно превышающую закладную, Уилф! Вложенные деньги окупятся многократно!

Я обдумал его слова.

– Искушение велико, сэр. Не буду лгать насчет этого…

– И не надо. Кабинет банкира, исповедальня священника – разница невелика. Лучшие люди округа сидели в этом кресле, Уилф. Самые лучшие.

– Но я пришел лишь за краткосрочной ссудой, которую вы – и за это вам огромное спасибо – одобрили. А это ваше неожиданное предложение… Над ним нужно подумать. – Новая мысль пришла в голову и сразу мне понравилась. – Я должен поговорить об этом с моим мальчиком, Генри – Хэнком, как ему теперь нравится себя называть.

Он уже в таком возрасте, когда с ним следует советоваться, ведь все мое со временем будет принадлежать ему.

– Понимаю, очень даже понимаю. Но, подписав закладную, ты поступишь правильно, поверь мне. – Стоппенхаузер поднялся и протянул руку. Я ее пожал. – Ты пришел сюда, чтобы купить рыбку, Уилф. Я предлагаю тебе приобрести удочку. Гораздо лучшая сделка.

– Спасибо вам, – ответил я, а уходя из банка, подумал: Я переговорю об этом с сыном. Хорошая мне пришла в голову мысль.

Теплая мысль, согревшая сердце, которое зябло не один месяц.

Разум так странно устроен, правда? Сосредоточившись на предложении мистера Стоппенхаузера, я почти не обратил внимания на то, что грузовик, на котором я приехал, заменен легковушкой, на которой Генри уезжал в школу. Не представляю, как отреагировал бы, даже если бы голову занимали менее важные проблемы. Оба автомобиля я знал как свои пять пальцев. Оба принадлежали мне.