Волки Кальи

Когда мы там были, он пустырь еще не продал, но и срок действия соглашения истекал через полтора месяца.

– Мистер Тауэр сказал, что сто тысяч потрачены, – добавил Джейк.

– А в соглашении что-то говорилось о том, что «Сомбра корпорейшн» имеет исключительные права на покупку? – спросила Сюзанна.

Эдди и Джейк задумались, переглянулись, покачали головами.

– Вы уверены? – напирала Сюзанна.

– Скорее да, чем нет, – ответил Эдди. – Думаешь, это важно?

– Не знаю. – Сюзанна задумалась. – Соглашение, о котором вы говорите… ну, без пункта об исключительном праве на покупку, не имеет смысла.

Если отжать воду, что останется в сухом остатке? «Я, Келвин Тауэр, соглашаюсь подумать о продаже вам моего пустыря. Вы платите мне сто тысяч долларов, а я буду думать об этом целый год. В свободное от работы и игры с друзьями в шахматы время. А по прошествии года я, возможно, продам пустырь вам, возможно, оставлю себе или, возможно, выставлю на аукцион и продам тому, кто даст самую высокую цену. А если вам это не нравится, сладенькие, можете катиться ко всем чертям».

– Ты кое-что забываешь, – мягко заметил Роланд.

– Что? – спросила Сюзанна.

– «Сомбра» – не обычная законопослушная корпорация. Подумай, стала бы обычная законопослушная корпорация нанимать такого, как Балазар, для ведения переговоров?

– Ты попал в точку, – кивнул Эдди. – Их приезд сильно напугал Тауэра.

– В любом случае письмо кое-что проясняет, – вмешался Джейк. – К примеру, щит, который я видел на пустыре.

Эта «Сомбра корпорейшн» за свои сто тысяч получила права «рекламировать свои будущие проекты». Ты видел эту часть соглашения, Эдди?

– Кажется, да, она шла после абзаца о том, что Тауэр учитывает и защищает заявленные интересы «Сомбра корпорейшн» в приобретении вышеозначенной собственности, не отдает ее в залог и не допускает никаких посягательств на нее третьих лиц.

– Точно. Щит, который я видел на пустыре… – Он замолчал, задумавшись, поднял руки, уставился между ними, словно читал текст, видеть который мог только он.

 – «ТОВАРИЩЕСТВО СТРОИТЕЛЬНОЙ КОМПАНИИ МИЛЛЗА И РИЭЛТОРСКОЙ КОНТОРЫ СОМБРА ПРОДОЛЖАЕТ РАБОТЫ. МЫ ИЗМЕНИМ ЛИЦО МАНХЭТТЕНА». А потом: «СКОРО ЗДЕСЬ БУДЕТ РОСКОШНЫЙ КОНДОМИНИУМ «БУХТА БОЛЬШОЙ ЧЕРЕПАХИ».

– Так вот для чего им понадобился пустырь, – протянул Эдди. – Кондо. Но…

– Что такое кондоминиум? – спросила Сюзанна. – Впервые слышу это слово.

– По существу, многоквартирный кооперативный дом, – ответил Эдди.