Песнь Сюзанны

5

Коффы поставили на землю, осторожно и тщательно, из-за узости тропы, ведущей к пещере, называемой Мэнни Кра-Каммен, и достали их содержимое. Пальцы с длинными ногтями (Мэнни дозволялось стричь ногти только раз в год) скребли по магнитам, издавая пронзительные звуки, которые, как ножи, вонзались в голову Джейка. Звуки эти напоминали ему колокольца Прыжка, и он полагал, что удивляться тут нечему: эти колокольца и назывались «каммен».

– Что означает Кра-Каммен? – спросил он Кантаба. – Дом колоколов?

– Дом духов, – ответил тот, не отрывая глаз от цепочки, которую разматывал.

 – Оставь меня в покое, Джейк, это тонкая работа.

Джейк, не зная почему, подчинился. Роланд, Эдди и Каллагэн стояли в пещере у самого входа. Джейк присоединился к ним. Хенчек тем временем разместил самых старых Мэнни полукругом по обратную сторону двери. Фасад с иероглифами и хрустальной ручкой оставался без охраны – пока.

Старик вернулся на площадку перед пещерой, коротко переговорил с Кантабом, затем взмахом руки предложил подниматься к пещере Мэнни, выстроившимся вдоль тропы.

Лишь только первый из них вошел в пещеру, Хенчек остановил его и шагнул к Роланду. Присел на корточки, взглядом предложив стрелку составить ему компанию.

Пол пещеры покрывала пыль. Она сыпалась со свода, в нее превращались косточки мелких зверьков, которые, на свою беду, забредали сюда. Ногтем Хенчек нарисовал прямоугольник, не замкнув его в одной из узких сторон, потом охватывающий его полукруг.

– Дверь, – указал он.

 – И люди моего кра. Ты меня понимаешь?

Роланд кивнул.

– Ты и твои люди замкнут круг. – Он дорисовал недостающий сегмент.

– Мальчик силен в прикосновениях. – Хенчек внезапно взглянул на Джейка, и от неожиданности тот даже подпрыгнул.

– Да, – согласился Роланд.

– Мы поставим его прямо перед дверью, но достаточно далеко, чтобы дверь, если она резко откроется, а такое может быть, не разбила ему голову. Ты встанешь там, мальчик?

– Да, если не получу другого указания от тебя или Роланда, – ответил Джейк.

– В голове у тебя возникнет ощущение… как всасывание. Не самое приятное. – Он помолчал. – Дверь придется открывать дважды.

– Да, – вновь кивнул Роланд. – Дважды.

Эдди знал, что предпоследнее открытие двери связано с Келвином Тауэром, но он давно уже потерял всякий интерес к книготорговцу. Нет, трусом Эдди назвать его не мог, но видел в нем только жадность, упрямство и эгоизм, другими словами, образцового жителя Нью-Йорка.