Песнь Сюзанны

В ней лежали вроде бы какие-то тарелки или блюда. В правой руке женщина сжимала вылинявший красный мешок, утянутый тесемками. В мешке находился ящик или коробка с прямыми углами, упирающимися в материю. Мешок раскачивался из стороны в сторону, поэтому Труди не смогла полностью прочитать надпись на нем. Разобрала лишь НА ДОРОЖКАХ СРЕДНЕГО МАНХЭТТЕНА.

А потом женщина схватила Труди за руку.

– Что у тебя в пакете? – спросила она. – У тебя есть туфли?

Вопрос заставил Труди взглянуть на ступни черной женщины, и вновь она увидела что-то фантастическое: ступни у афроамериканки были белые.

Труди слышала о людях, лишающихся в определенных ситуациях дара речи; именно это произошло и с ней.

Язык присох к нёбу и отказывался опуститься. Однако к глазам никаких претензий она предъявить не могла. Они все видели. Белые ступни. Засохшие капельки на лице черной женщины. Почти наверняка капельки крови. А в нос бил запах пота, словно такая вот материализация на Второй авеню могла произойти лишь при затрате огромных усилий.

– Если у тебя есть туфли, женщина, тебе лучше отдать их мне. Я не хочу убивать тебя, но я должна добраться до людей, которые помогут мне с моим малым, и я не могу пойти к ним босиком.

Этот маленькой отрезок Второй авеню пустовал. Люди, раз, два да обчелся, сидели лишь на ступенях перед Хаммаршельд-Плаза-2, одна парочка смотрела прямо на Труди и черную женщину (в основном на черную женщину), но безо всякой тревоги, даже без интереса, так что Труди оставалось лишь задаться вопросом: что с ними такое, они что, слепые?

Ну, во-первых, за руку черная женщина схватила не их.

Холщовый пакет от «Бордерс» с туфлями, которые она носила на работе (средний каблук, из тисненой цветной кожи), сорвали с ее плеча. Черная женщина заглянула в него, вновь посмотрела на Труди.

– Какого они размера?

Язык Труди наконец-то отлепился от нёба, но ничем не помог: мертвым грузом упал вниз.

– Не важно, Сюзанна говорит, что у тебя, похоже, седьмой размер.

Внезапно лицо призрака словно затуманилось. Женщина с трудом подняла руку, словно плохо ее контролировала, кисть висела, как парализованная, потом ударила себя по лбу, промеж глаз. И разом ее лицо переменилось. В базовом пакете кабельных каналов, на который подписывалась Труди, был и «Комедийный», так что она не раз и не два видела комиков, которые точно так же меняли выражение лица.