Фортуна на стороне мертвеца

– Но второй… и третий удары явно не были случайными. Как не случайно вы украли его бумажник и… часы. Или решили скрыть следы преступления. Это не было случайностью.

И надо же было такому случиться, что именно в этот момент у меня затекла нога. Я поменяла позу, стараясь не хрустнуть гравием. Когда я снова устроилась поудобнее, внутри хибары установилась тишина. А потом раздался резкий щелчок взведенного пистолета.

– Не дергайтесь, дамочка. – Паника в голосе Макклоски звучала еще отчетливее. Я буквально слышала, как пистолет дрожит в его руке.

– Мистер Макклоски, не надо закапывать себя еще глубже в яму, в которую угодили. Полицию уже известили. Они приедут… с минуты на минуту.

Ее тон был слегка сердитым, будто она распекает официантку за то, что принесла куриный бульон вместо томатного супа.

Вот только она ошибалась. Полицию определенно никто не известил.

Не знаю, что они там дальше говорили, потому что я тихо проскользнула к двери, напрягшись всем телом в ожидании неизбежного выстрела.

Дверь каптерки была открыта. Я заглянула внутрь.

Макклоски стоял спиной ко мне, прицелившись из уродливого пистолета с коротким стволом прямо ей в голову. Я услышала только конец его фразы.

– …должна быть здесь. Я прихожу, застаю шатающуюся тут женщину. Может, она бросилась на меня с трубой. Которой, как вы говорите, убили того парня.

Мисс Пентикост сидела на том же месте, где я ее оставила, сложив руки в перчатках на трости, лежащей на коленях. С меня градом лил пот, но ни один мускул на ее лице не выдал страха.

Вообще-то ее глаза горели чем-то похожим на радость.

Она резко покачала головой.

– Вряд ли полиция примет эту теорию, мистер Макклоски. Копы часто бывают… упрямыми, но редко… тупыми.

Трость выглядела достаточно крепкой – гладкое черное дерево с тяжелым латунным набалдашником. Может, мисс Пентикост собиралась пустить ее в ход, застав его врасплох. Правда, была у меня кузина, которая говорила вот так, запинаясь. И тоже хромала, даже сильнее.

Подозреваю, что бросаться на людей и бить их тростью – занятие не из репертуара Лилиан Пентикост.

– Ну… Ваше слово против моего, – ухмыльнулся Макклоски. – Да вы и сказать-то ничего не сможете.

Когда позже меня допрашивали (а как же, уж конечно, допрашивали), я сказала, что действовала, не подумав.

Хотя на самом деле я все обдумала. Меня держали в цирке за проворные руки и быстрый ум. Так что за долю секунды я провела мысленный спор сама с собой.