Медленные пули

С тех пор в мире произошло множество событий, а мы прозвонили сотни других реальностей, и какие-то из них обросли своими скандалами и скоротечными сенсациями.

Но у некоторых людей – очень и очень немногих – память длиннее.

За утренним кофе я просматриваю газету. Где-то на третьей странице затерялась мелкая заметка о недавнем аресте и заключении под стражу жителя Кардиффа.

Не важно, кто он такой. Гражданин Великобритании, этого достаточно? Если вы так дотошны, он – валлиец, хотя не Джонс и не Эванс, фамилия вообще не валлийская.

Он ничего плохого не сделал. Единственная его ошибка заключалась в том, что он ненароком взорвал Кардифф в параллельной вселенной. Нет, даже это сказано слишком сильно. В закладке бомбы он не участвовал. Всего лишь предоставил, по наивности, жилье тем, кто ее заложил. Может, и знал о готовящихся делах, но не менее вероятно, что преступники не посвящали его в свои тайны.

Сейчас у них уже не спросить, поскольку – вот незадача! – все они мертвы.

Когда взорвалась бомба, их двойники в том Кардиффе погибли. В нашей версии террористы покончили с собой, когда из-за крошечного дефекта в пайке их бомба не взорвалась как надо и задела обоих. Все цепочки, что вели к разветвленной сети экспертов и финансистов, оборвались. Мы можем прозвонить другие версии Кардиффа, но в каждой из них теперь тот же набор событий, что и у нас, и, значит, террористы тоже погибли. В итоге единственный человек, которого может сцапать государство (и единственный, кому может быть известно хоть что-то), – тот, кто предоставил преступникам жилье.

Он все отрицал – судя по крохам информации, которые мне удалось выудить из сообщения в газете, – и его слова звучат довольно правдоподобно. Он общался с одним из бомбистов, но не лично, и ничто в прошлом обвиняемого не позволяло сделать вывод о его связи с экстремистскими организациями. Никак не могу понять: в нашем временно?м потоке бомба не взорвалась, ранила двух террористов и в результате вынудила их к самоубийству.

Жертв среди мирного населения – ноль. Радиационное воздействие – пренебрежимо малое. Ущерб имуществу – несущественный.

Если бы мы не знали, что случилось со вторым Кардиффом, мы бы сказали: дело закрыто. Нет обвинения, которое можно предъявить задержанному. Правосудие уже свершилось.

Проблема в том, что мы знаем. Знаем, и нам нравится, когда есть виноватый.