Я – твои ДНК-ангелы, детка!

Радушный чилл окутывает моё тело – легкие звуковые волны болтаются под потолком, смешиваясь с едва ощутимым ароматом благовоний.

Кто-то блюет в углу, отчего сам воздух кажется скисшим, несвежим. В уши долбит тяжеловесный хард-рок. Само пространство хватает меня за грудки и швыряет о барную стойку.

Или я просто слегка пошатнулся, утратив – нечаянно – равновесие. Задел столик с книжками, уронив несколько томиков на пол. Смутился. Извинился негромко. Вернул всё на свои места.

Но где есть это место? В каком из закутков долбаной вселенной? Все бары одинаковы.

Каждый благословенный запой начинается с первой стопки. Флаера с пошатнувшегося столика разлетаются по коридору – и я слышу, как матерится бармен. Но в ответ только негромко посылаю его по известному адресу. На хуй. Куда ему и дорога. Ему и всему его задрипанному мирку. У меня есть билет отсюда. И я намерен им воспользоваться…

…в самое ближайшее время. Кофе бодрит. Бодрит и вместе с тем задает неспешный тон всему завтраку. Я смотрю в чистое и широкое окно – на улицу.

Там стучат по вымощенной камнями пешеходной зоне каблуки первых сонных пешеходов…

…всех-всех местных заблудших и падших и разуверившихся в себе: алкоголиков, нарков, мелких карманников, вечно влюбленных в святую Марию шлюх и их сутенеров. Кто-то пролил черную тушь на скатерть. И теперь эта туш закручивается причудливой каллиграфией у меня перед хмельными глазами…

……широко раскрытых самому прекрасному….

………и такому неочевидному миру……

Адриана касается моей руки.

Просто потянувшись – из недосягаемого прошлого – через стол, через вечность.

– Эй, чудик, мне кажется, я тебя уже где-то видел!

Информация не тождественна знанию; информация – ложь… чем обильнее насыщенность информационным пойлом, тем ниже достоверность; сомнение отравляет себя за счет собственных же семян обмана. И география над этим не властна.

Не властна над выбором пленки и способа отторжения/выражения, но даже если ты мыслишь себя в подобающей случаю сепии роуд-муви, необходимо оставаться готовым к тому, что реальность обернется глянцем: скандинавский playboy у соседа соскальзывает в невещный поток за окном и уже после, когда я раскошелюсь на кофе и буду неторопливо пить его остывающим и безвкусным, наблюдая группу умственно отсталых в первом ряду, нервная линия женственного силуэта найдет свое продолжение горизонтальными чертами, теряющимися в нагромождении поручней и ступенек.

Идея – это ключ к психоделическому смещению.