Похождения Госпожи мужской депиляции SugarNadya

А однажды сказала, что у него слишком волосатые яйца!

Наташа прыснула со смеху, но тут же зажала рот рукой, показывая, что слушает и не перебивает.

– Вот, а он такой и скажи ей, что не умеет там брить и вообще боится. Тогда девушка достает опасную бритву, – представляешь? – и такая, мол, а не боишься, если я сама побрею твои драгоценные яйца, за которые ты так переживаешь? А девушка его, – он рассказывал, – была жгучая брюнетка с опасными, как у ведьмы, глазами … Да не такая, как ты, – добавила Надя, видя, как её подруга заёрзала в кресле.

 – Говорю же, жгучая. И взгляд, как у ведьмы, а у тебя, как у пьяной кошки, которая валерьянки нализалась.

– Так вот, мужик, – а тогда ещё молодой парень лет двадцати, а то и меньше, – боится жутко, но молодость, любовь, понты… Короче, говорит, мол, давай, брей! А сам аж дрожит весь. С тех пор подсел он на это дело. Его стал жутко возбуждать собственный страх, когда баба ему яйца бреет. Именно опасной бритвой. Потом, со временем, он остепенился, эмоций от этого стало меньше.

И с девушкой они давным-давно расстались, еще тогда, в студенчестве. Понимаешь, это у него в ритуал превратилось. Раз в месяц ему надо было, чтобы ему яйца побрили, опасной бритвой с большим блестящим лезвием. Так ко мне в салон и пришёл. Сядет в кресло, заплатит двойной прайс и сидит молча… Эрекция у него, всё как положено, но никаких там чтобы, как ты говоришь, грязных… А потом вдруг пропал. Перестал приходить, несколько месяцев его не было, но вдруг появился, заплатил обычную сумму, сел.

Я ему намыливаю, а он как-то необычно ёрзает. Видно по нему, рассказать что-то хочет. Я и намекнула, мол, говорите, что у вас стряслось? И его прорвало… Рассказал, что у жены любовник завелся. Я уже хотела дежурно ответить, типа, очень жаль, бывает, главное до смертоубийства не доводить. Лучше, мол, с рогами, да на свободе… Всякие такие банальности. Но он меня опередил, рассказывая. Любит свою жену очень сильно, развода не допустит, готов даже любовника терпеть, лишь бы его Клава… Клава, представляешь?

Наташа кивнула, показывая, что оценила дурацкое имя, но не сказала ни слова.

– В общем, выговорился мужичок и ушел, побритый. Я всё же успела ему напутственную речь толкнуть, мол, любовь – это хорошо, это главное, это вечное. А любовники – так, преходящее. Сегодня один, завтра другой… И про поиски новых ощущений.

Наташа заржала, как лошадь.