Очень живучая тварь

– Да, похоже на то, – вздохнул бог песков, успокаиваясь.

Поерзал в кресле, поудобнее пристраивая свой хвост.

– Но все это слишком странно. Я откровенно не решился копать глубже. Система может отреагировать.

– А что из себя представляет сама раса? Путь развития, особенности, сильные и слабые стороны?

– Цивилизация на данный момент, как и предыдущие две идет по пути технического развития. Лишь самые первые люди обладали магическими навыками. Но все закончилось для самих людей быстро и кроваво. Чуть не погубили планету, перекроив в пылу войны материки и вызвав глобальное оледенение.

– Оу—у, – старуха явно прониклась. – Но сейчас, выходит, навыки позабыты?

– Скорее… законсервированы, – еле выговорил непривычное слово Анубис.

– Что, прости? – Шимасса откровенно не въехала в смысл сказанного.

– Это из их речи. Означает «сохранено и не используется до определенного времени», – усмехнулся старый бог.

– То есть, магическая составляющая не развоплотилась? Генокод сохранил способности?

– Определенно.

– Лю—бо—пыт—но, – по слогам отчеканила старуха, на мгновение погрузилась в поток собственных мыслей. – Ещё что-то можешь добавить?

– Могу. Способность к магии не самое интересное, – растянулся в улыбке от уха до уха Анубис, глянул на Шимассу.

– Давай уже, не томи! – дернула в нетерпении худой рукой старая богиня.

Анубис, скалясь во всю свою волчью пасть, поправил подушку в кресле. Уселся поудобнее, пожевал губами, наблюдая за подрагивающим веком старухи и выдал:

– Кофе бы, Шима.

– Ах ты… старый, – мгновенно закипела старушенция, пытаясь подобрать слова, описывающие её великий гнев. Но вместо этого выдала: – Ой, да, пожалуйста!

Щелчок сухих пальцев и перед Повелителем песков стоит резной столик с чашкой дымящегося кофе. Анубис жадно втянул носом аромат, после чего аккуратно и не спеша взял чашечку с напитком. Блаженно расплывшись в своем кресле, маленькими глоточками принялся отпивать напиток.

– Самое интересное в этой расе, – заговорил хозяин пустыни, удерживая чашку перед своей мордой. – Самое интересное кроется в сущности самой расы.

– Поясни, – потребовал у него трескучий, полный нескрываемого раздражения голос.

Анубис, не реагируя не хозяйку помещения, и продолжая блаженно потягивать кофе, продолжил:

– Мне потребовалось определенное время, прежде чем я понял, что в них так режет глаз. Дело в том, что люди крайне живучи.