Долгая дорога в никуда. Том 2

После объятий, и приветствий Касым познакомил Равиля с Уктамом. Затемперешли к делу. Разузнав, что к чему перекупщик сказал:

– Касым, я на этот раз возьму даже больше, чем ты предлагаешь. Слава Аллаху, дела у меня пошли нормально! И с деньгами постараюсь решить до твоего возвращения, – не буду ждать следующей ходки как обычно. Кстати, вот возьми деньги за прошлую партию, —сказал Равиль, доставая немного долларовых банкнот, свернутых небольшой трубочкой. —Здесь все четыреста пятьдесят баксов.

– Спасибо, Равиль! —поблагодарил Касым.

– За что? Это я тебе должен сказать спасибо, Касым! Ну, ладно, не будем терять время, —займемся делом. Пойдемте к багажному вагону, возьмем, что привез.

Пока получали часть своего багажа, пока оформляли бумаги, прошло больше часу времени.

Погрузив полученный от Касыма и Уктама товар на багажник своей «шестерки», Равиль обратился к друзьям:

– Ребята, вот что, вы пока подождите час-полтора, я тем временем съезжу в одно место, а потом поедем вместе.

Я хочу вам маленький праздник устроить —баньку примем там же и пообедаем.

Касыма это обрадовало несравненно. Он буквально сразу почувствовал блаженный жар горячего пара, обволакивающего его с ног до головы. От радости он даже не мог ничего сказать, только обнял Равиля за плечи и улыбнулся. Уктам, еще не знавший всех прелестей и блаженства, как русской, так и татарской бани, только улыбнулся и кивнул головой.

Через час с небольшим вернулся Равиль.

– Ну что? Поехали? —крикнул он, увидев друзей издали.

 —Надо спешить —ехать далеко, надо успеть помыться в баньке, посидеть хорошенько после этого и вернуться обратно к отходу поезда.

– Куда мы едем? —поинтересовался Касым.

– Ко мне домой. Родителей я еще вчера предупредил. Отец у меня с утра баню затопил, —вас ждет. Соскучился, говорит, по Узбекистану, по узбекскому языку, хочу поговорить с ними по-узбекски. Я ему говорю: «Они из Хорезма, на твоем ташкентском не говорят». – А он мне: «Ничего, я и по-хорезмски могу.

Язык-то один, оба наречия не сильно отличаются!».

Около двенадцати они въехали во двор Равиля. Отец его, еще совсем не старый мужчина, порядком поседевший, с маленькими лисьими глазами и острым носом, встретил их очень радушно. Увидев из окна подъехавшую машину сына, он вышел на крыльцо. Там и дожидался, пока гости выходили из автомобиля.

– Хош келебсиз! —приветствовал он на узбекском языке, дружественно пожимая им руки.