Ветреный

* * *

Проводив Рейян, Миран и Генюль вернулись в отель. Миран быстрыми шагами направился к лифту, но когда обернулся, то понял, что Генюль и след простыл. Где же она? Миран нерешительно вошел в лифт и нажал на кнопку. Поднявшись на этаж, зашел в свой номер. Он не хотел беспокоить тетю так поздно.

Он собирался в душ, чтобы поскорее избавиться от тесной опостылевшей рубашки, которую ему пришлось носить весь день. Дверь в комнату распахнулась как раз в тот момент, когда он раздевался. Как Миран и предполагал, это вернулась Генюль.

Он продолжил расстегивать пуговицы, даже не оборачиваясь.

– Миран! – дикий возглас Генюль заставил его нахмуриться. Он обернулся и с тревогой посмотрел на нее.

– Что с твоим лицом? – спросил Миран, заметив неестественную бледность девушки. Он опустился на кушетку. – Что? Ты снова ревнуешь к Рейян?

Голос Мирана был переполнен ядовитым сарказмом.

Генюль обезумела от гнева, ее карие глаза горели недобрым огнем. Она подошла к столу, схватила стакан и швырнула его об пол: ей нужно было как-то выплеснуть зло, чтобы хоть немного успокоиться.

Миран в ярости вскочил, его взгляд источал смертельный холод. Глаза Генюль наполнились слезами.

– Я же говорила тебе, Миран, – воскликнула она. – Говорила, что не могу тебя делить ни с кем! – надрывно закричала она и в ярости сбросила одеяло с кровати. – Ты любишь Рейян! Я своими глазами это вижу! Ты не понимаешь, что это меня убивает?

С глазами, полными слез и тоски, Генюль смотрела на своего мужа.

Ее голос задрожал, когда у нее невольно вырвалось:

– Я – твоя жена! Я, а не она!

Глава 5. Просьба

Женщины наиболее уязвимы, когда плачут. Их сердца и души будто сгорают, и боль непроизвольно изливается слезами.

Рыдания душили Генюль, она не могла остановиться, боль терзала ее. Человек, которому она отдала свое сердце, разрушал ее жизнь. Она закричала от бессилия и рухнула на пол, не в силах стоять на ногах. Ее затуманенные от слез глаза остановились на Миране, взгляд которого оставался ледяным и совершенно бездушным.

Генюль погибала в бескрайнем, холодном океане его голубых глаз.

– Я этого не вынесу, – устало проговорила она. – Почему ты не понимаешь?

Несмотря на дрожащий голос и душившие ее рыдания, девушка продолжала говорить, глядя в наполненные гневом глаза этого безжалостного человека.

– Пожалуйста… – умоляла Генюль, – пожалуйста, заканчивай свои игры, Миран, умоляю тебя!

Миран устало потер глаза.