Ветреный

Станет ли он разводиться? Несомненно.

Генюль плакала, как сумасшедшая, обхватив голову обеими руками, боясь поднять глаза на мужа. Миран не видел, отказывался видеть ее боль. Как и всегда, ему было плевать, что случится с ней. Пока Генюль продолжала плакать, Миран срывал свою ярость и крушил все вокруг. Пол был усеян битым стеклом, как после драки.

Подобную картину можно было видеть регулярно: супруги часто ссорились, и подобное поведение вошло в привычку. Миран не любил Генюль, а она не могла смириться и сходила с ума.

Генюль была безответно влюблена в Мирана.

Одна мысль о том, что ей придется делить своего мужа с другой, сводила Генюль с ума. Она безуспешно пыталась отереть лицо от непрекращающегося потока слез.

– Мне так больно, – тихо пробормотала она, беспомощно прислонившись к стене.

Миран, устав, молча сидел, уставившись в пустоту.

– Ты целовал ее волосы у меня на глазах, а к моим ни разу не прикасался… Ты смотрел на нее влюбленным взглядом! – Генюль не могла совладать со своими эмоциями, происходящее ранило ее.

– Замолчи сейчас же! – снова оборвал ее Миран…

Но Генюль больше не могла и не собиралась безмолвствовать.

– Ты держал ее за руку, надел на ее палец кольцо. Ты подарил ей биндалли, за который тебя же и ударили!

– Я велел тебе заткнуться! – взревел Миран.

В комнате надолго повисла тишина. Генюль молчала, а Мирану больше не приходилось ее окрикивать.

– Ну, а что будет с Рейян? Почему эта девушка должна расплачиваться за преступление своего отца?

Миран снова сердито посмотрел на нее:

– А я в чем виноват? Я был ребенком, и моего отца убили прямо на моих глазах! В чем моя вина, а?

Генюль покачала головой, словно ничего не понимая:

– Ты – не плохой человек, Миран, я хорошо тебя знаю.

– Ты совсем меня не знаешь!

Генюль понимала, что бороться бесполезно, но все еще пыталась пробудить в муже хотя бы каплю милосердия.

– Пожалуйста, давай уедем, вернемся в Стамбул. Все будет как раньше.

Миран все больше распалялся. Эта женщина смеет говорить так, будто они – самая обычная супружеская чета.

– Как раньше? Ты шутишь, Генюль?

– Скажи, ты сможешь спать спокойно после того, как отомстишь?

Генюль поднялась и подошла к Мирану. Опустившись на колени у его ног, она с болью посмотрела в его глаза.