Розвинд. Тьма

Одевшись, Витти убрал список с адресами в небольшую кожаную борсетку и спрятал в её потайном кармашке удостоверение, после чего, оглядев себя и оставшись доволен увиденным, достал из ящика стола ключи от машины, закрыл квартиру и вышел на залитую солнцем улицу.

Тротуары пустовали; встречающиеся редкие прохожие торопились по своим делам, не обращая друг на друга никакого внимания. Поэтому на их фоне особенно выделялся потерянного вида мужчина, в измятом, местами покрытом разного цвета и консистенции пятнами, дорогом синем кашемировом пиджаке и в заляпанных грязью шерстяных брюках.

Из-под растрёпанных волос соломенного цвета сквозь прищуренные веки на окружающее бессмысленно таращились красные, оттенка неспелой вишни, глаза. Объект передвигался неуверенно, и его синусоидальная траектория время от времени прерывалась столкновениями с инородными предметами вроде фонарного столба или разукрашенной, как свадебный торт кружевами, пожилой матроны.

Витти проявил интерес к данному НПО исключительно из желания проследить, чтобы его прямая не совпала с кривой гуляки. Произведя манёвр уклонения, он задумался, как такой персонаж оказался на столь чопорной улице, но этот вопрос недолго занимал его голову. Выкинув из неё отвлекающие посторонние мысли, оставшиеся пару десятков ярдов до паркинга Витти преодолел, нахмурившись и сосредоточенно планируя сегодняшние действия.

Стоянка представляла собой трёхэтажный бетонный комплекс с открытыми маркированными стойлами для железных коней.

Его красный «фаербёрд» две тысячи первого года выпуска стоял и, блестя лаком, как норовистый жеребец, нетерпеливо ждал возможности горделиво помчаться, дав волю своей мощи, через распутье городских улиц.

Он купил эту машину за её обтекаемый вид и мощный мотор, а ещё с закрытыми шторками фарами она напоминала ему спящую кобру. Усевшись в сделанное на заказ кресло водителя, он завёл двигатель и, слегка погладив обитый кожей руль, переключил скорость и вырулил со стоянки.

В Клоуверфилд Витти поехал кратчайшим маршрутом – он мог поклясться, что прямо-таки слышит, как утекает оставшееся у него время. На пересечении Вайтрэйн-авеню и Фоксфорест-стрит он притормозил на светофоре, и «фаербёрд», с недовольным воем турбины умерив свой бег, остановился практически рядом с ограничительной полосой.