Розвинд. Тьма

Вернувшись в квартиру, Лоднельт высыпал покупки на кровать и стал одеваться, надеясь на то, что штаны хотя бы прикроют лодыжки, а майка не будет висеть мешком. К его немалому облегчению, беспокоился он напрасно – в целом его обнова выглядела достаточно прилично. Расчёски в доме не нашлось, а прогулка через стены в её поисках явно не оправдывала цель, так что он пригладил волосы руками и остался этим вполне доволен.

Положив в карман джинсов кредитку, он взял ключи и вышел из квартиры, открыв, а затем заперев за собой дверь, тем самым применив на практике слегка изменённый принцип бритвы Оккама: если одно и то же действие можно выполнить двумя способами, лучше избрать тот, который проще и не вызовет приглашения священника.

Спустившись по лестнице, чтобы немного размять ноги, Лоднельт распахнул наружную дверь и шагнул в тёплый солнечный день, окунувшись в наполняющую его размеренную, сдобренную заботами, радостями и надеждами жизнь. Он никуда не спешил, так что, не став интересоваться у консьержа, где расположены ближайшие магазины одежды, неторопливой походкой направился в выбранном наугад направлении.

Карусель бытия с неслышным басовитым гулом крутилась, сменяя декорации и персонажей, мчась к своей непостижимой для людей цели, что, однако, не мешало им получать от её вращения удовольствие.

Маленькая девочка, в полосатых, как радуга, колготках и джинсовом платье, болтая ногами, сидела на лавочке рядом с увлечённо читающей роман матерью и ела ванильное мороженое в вафельном стаканчике.

Вдруг мороженое упало на горячий асфальт и тут же начало плавиться, как на сковородке. Девочка сморщила носик и захныкала, теребя любительницу романов за рукав лиловой блузки, стараясь привлечь её внимание к произошедшей катастрофе, но та слишком увлеклась бурлящими на страницах книги страстями и лишь погладила дочку по голове, сразу вернувшись в увлекательный выдуманный мир. Девочка насупилась и скрестила руки на груди, обиженная тем, что мать не принимает её нешуточную проблему близко к сердцу. Откинувшись на спинку, она погрузилась в извечные размышления юных жителей планеты, отчего взрослые с ними не считаются и не понимают, что важно, а что нет. Проходя мимо, Лоднельт улыбнулся девочке, но та лишь сильнее нахмурилась.

Увидев дальше по улице французское уличное кафе, Лоднельт почувствовал, что лёгкая закуска, пожалуй, будет кстати.