Общество забытых поэтов. Роман в драме

Однако стой! Что говоришь, будто выигрываешь ты всегда? Помнишь месяц тот, то ли февраль, число восьмое, двадцатую партию ты продул!

Генрих. Ну полно! Не было того!

Лоренцо. Спроси у наших. Знают все, далеко ходить не надо, где Якопо, моя отрада? Всегда он в спорах за меня, когда малую ты долю, жадный, отдавать не хочешь!

Генрих. Врёшь: когда что есть, я рад отдать; помню выиграл ты в том году – что ж я, не признал?

Лоренцо. Кое-как её у тебя отвоевал. Но знай, мой брат: сильней страсть во мне тебя в том превзойти, и когда-нибудь смогу тебя в том обойти.

Генрих. Я буду рад. (Ударив по рукам, о ссоре позабыли.)

Лоренцо. А, меж тем, где же всё-таки Якопо?

Генрих. Где ж ему быть? Спит он у себя уж час пятнадцатый.

Лоренцо. Пятнадцатый лишь? Бывало и поболе. Бодрее стал уж он, однако. Не тот, что был дотоле. (Звуки приближающейся машины.)

Генрих. Да, верно, то Вильгельм. Не так уж он и опоздал – лишь два часа у нас украл. (Входит Вильгельм, обнимается с поэтами.

Вильгельм. Что пьёте вы, того желаю. как хорошо горит камин! Вы умеете порадовать, милые мои.

Генрих. А где ж ты был, кстати?

Вильгельм. Поехал увидеть друга своего.

Лоренцо. Просим мы ведь познакомить, а ты всегда к тому глух.

Вильгельм. Как же? Познакомлю, конечно, он вами тоже заинтересован. Лоренцо, как там счёт? Помнится, у Генриха за всё время сотни было три побед. Без обид, Лоренцо, но отставал ты, на моей памяти, от него тоже на три сотни.

Лоренцо. Всё хорошо, дружок. Вы против него и того меньше, я знаю, побеждали, поэтому шутки прекращай. Но такова правда: нарды – это его игра. Хоть и азарт здесь есть, значит, доля есть везения, но где ж его видали вы? Будто шахматы какие, хоть кости и бросаем. Просит меня число загадать, говоря, что выкинет его – и точно так бывает!

Вильгельм. Непобедим ведь ты зато в бильярде.

Лоренцо. Ну то понятно, я рождён ведь был с киём. но там все хороши, и в спину все мне дышат, а ему всё нипочём: в нардах ему равных нет.

Генрих. Полно, милый, не бузи. Лучший ты после меня – вот мой тебе ответ.

Лоренцо. Благодарен и ценю.

Вильгельм. Яшка ещё спит? Не отвечайте даже. А что ж Август?

Лоренцо. Думал я за ним послать, но наш Генрих снова слуг всех почему-то отпустил.

Генрих. Извините, братья, я просто хочу узнать, смогу ли прожить без прислуги.

Лоренцо. А нас тоже вмешивать надо в твои испытания?

Генрих.